– Нельзя же, в самом деле, обвинять меня в том, что я защищался, – покачал я головой. – Лорды и леди, сколько времени пройдет до тех пор, пока другие сьельсины и их аэта прилетят сюда, чтобы узнать, что случилось с их сородичами? Не лучше ли опередить их и принять бой или оливковую ветвь мира как можно дальше отсюда? Лорд Матаро, мне не хотелось бы видеть, как Бледные нападут на вашу планету, – вы сами это знаете. Пошлите меня туда. Я сумел установить контакт с вождем уцелевших сьельсинов. Клянусь, он станет сотрудничать со мной.
Райне Смайт отвернула от меня хмурое плебейское лицо и посмотрела на джаддианцев. Затем снова взглянула на меня, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику кресла:
– Послать вас и назначить командующим армией федератов – это большая разница, Марло.
Олорин шепнул что-то леди Калиме, она кивнула, похлопав своего охранника и советника по руке. Увидев это, я откашлялся и сказал:
– Не армией, мэм. Кораблем. Одним кораблем. «Непреклонный» – это ведь десантный корабль. Должно быть, вы в свое время захватили какое-нибудь пиратское судно?
– Пиратское судно? – усмехнулась Огир со своей скамьи. – Сколько вам лет, мальчик?
Мне пришлось помедлить с ответом, чтобы успокоиться и не клюнуть на приманку канцлера.
– Я сражался со сьельсинами, канцлер. И говорил с ними, а это намного больше, чем сделали вы. – Я переместил свой лазерный прицел с седоволосой чиновницы на высоких лордов Империи и Джадда. – Значит, пусть это будут не федераты, а… имитация федератов. В ваших ангарах может отыскаться какой-то брошенный корабль. Что вы теряете?
Последнюю фразу я адресовал персонально графу, который, разумеется, терял в этом случае меня. Я все поставил на карту, мысленно молясь о том, чтобы Капелла смирилась со своей неудачей в допросах Уванари. Выход – и освобождение от планов Матаро на мою женитьбу – лежал по другую сторону этого противостояния.
– Имитация федератов? – повторила Райне, сцепив пальцы и наклонившись вперед. – Тайная операция?
– Личные наемники императора, – кивнул я. – Есть исторический прецедент. Касия Сулье.
– Касия Сулье? – фыркнула Огир. – Да вы ходячее литературное клише!
– Да! – рявкнул я. – Спросите у любого, кто меня знает.
Тот факт, что Касия Сулье была реальным историческим лицом – адмиралом корсаров и героем моего детства, – похоже, не имел никакого значения для канцлера и окружавшей ее толпы, поскольку они закудахтали, как курицы. Я окинул взглядом зал в поисках союзников и не увидел ни одного. Неужели я не расположил к себе никого из придворных?
– Разве план лорда Марло так уж несостоятелен? – с улыбкой спросил сэр Олорин. – Я припоминаю, что все мы обдумывали возможность установления контактов с Бледными.
Наклонив голову, он посмотрел на трон и всех, кто сидел или стоял на возвышении. Трудно определить, каким образом маэскол приковывал к себе внимание. Возможно, дело было в мелодичном голосе или в небрежных расслабленных манерах, а может быть, в каком-то неизвестном факте из его прежней жизни, но это работало не хуже громкого крика. В чем-то он напоминал моего отца, как будто обладал такой аристократической кровью, что даже мои утонченные гены признавали его высшим по рангу – свойство личности, действующее на клеточном уровне. Когда Олорин говорил, остальные слушали.
– Мальчик нужен здесь! – воскликнул Балиан Матаро, сломав внутреннюю преграду контроля или настороженности.
Он подался вперед в своем коралловом кресле, прекрасный во всем, кроме линии крови, и заявил:
– Марло должен жениться на моей дочери.
Граф не глядя протянул руку к лорду Лютору, и тот схватил ее с безмолвной поддержкой. Я видел белки его яростных глаз.
Райне кивнула, продолжая выбивать пальцами дробь по креслу:
– Этот брачный договор утвержден?
Она оглянулась через плечо, приподняв брови. Прах Земли, она была на моей стороне!
– Э-э-э… я… – пробормотал Балиан.
– Нет, – ответил за него лорд Лютор, сжав руку супруга. – Девочка еще не отпраздновала свою эфебию.
Рыцарь-трибун встала, одернула полы мундира и, топая высокими сапогами, направилась к центру зала, где я стоял рядом с Агари. Она остановилась в двух шагах от меня. Только в этот момент до меня дошло, насколько она мала ростом – Райне едва доставала макушкой до моего плеча. Она уставилась на меня карими, зоркими и понимающими глазами, тонкие белые шрамы заблестели на серовато-коричневом лице.
– Знаете, мой мальчик, мне кажется, что вы правы. – Никаких там «милорд» или «ваша милость», никакой почтительности в голосе. – Другим сьельсинам известно, что случилось с их капитаном?
– Нет, мэм, – покачал я головой. – Мне было велено ничего не говорить им.
– Хорошо, – потерла она подбородок, – пусть так и будет. Скажите им…
– Оно было ранено еще на подлете, – перебил я, очевидно смутив ее этим. – Я скажу, что мы не сумели спасти его.
Я прижал руки к бокам так крепко, как держал нож, которым убил Уванари.
Рыцарь-трибун еще мгновение разглядывала меня, каким-то образом умудряясь смотреть свысока.
