– Так всегда говорят перед тем, как совершить что-то ужасное, – перебила его Нежеру, все еще не восстановившая дыхание. – И я не стану стоять и беседовать с тобой, пока не подоспеют твои товарищи. Защищайся.
И она перешла в атаку, а ее клинок принялся плести фигуры Танца Жертвы.
Ринд принял ее первый смертельный удар на клинок Холодного Корня, меч Нежеру издал фальшивый звук, и она поняла, что если он слишком много раз столкнется с Холодным Корнем, то бронзовый меч Ва’ани сломается и она останется безоружной. Она снова атаковала, заметно увеличив скорость, стараясь использовать все оставшиеся силы, чтобы одержать быструю победу. Она наносила рубящие удары и делала стремительные выпады, а потом отступала, ускользая от контратак. Командир разведчиков оказался очень неплохим фехтовальщиком, а более прочный и длинный меч делал его опасным противником.
Когда Нежеру ушла в сторону, одновременно отводя его меч, ее клинок едва не зацепился за гарду Холодного Корня, она почувствовала что-то под ногой. Она бросила быстрый взгляд вниз и увидела окровавленный нож Джиндеджо; его тело лежало тут же, и она поняла, что Ринд попытался заставить ее споткнуться об него и потерять равновесие.
У Нежеру остался только один шанс, и она воспользовалась им, практически не думая: подцепила носком сапога нож и подбросила его в воздух, чтобы схватить левой рукой. И, прежде чем Ринд успел отреагировать, сделала выпад ему в лицо, а когда он поднял Холодный Корень, чтобы отразить ее атаку, Нежеру успела сжать рукоять ножа и вонзить его в ногу Ринда.
Нежеру отскочила назад, приготовившись перейти к обороне, но ей удалось задеть что-то важное, и кровь уже полилась по ноге Ринда. Она снова перешла в атаку. Его движения становились все более неловкими, и вскоре ей удалось приблизиться к нему и нанести удар плоской стороной клинка по голове, после чего он потерял сознание и рухнул на землю.
Тяжело дыша, Нежеру вырвала Холодный Корень из руки Ринда, но не могла оставить командира разведчиков истекать кровью и умереть. Проклиная себя, она быстро проверила двух других Боевых сорокопутов. Ва’ани так и не пришел в себя, а Джиндеджо был мертв.
«Ты меня вынудил, но я все еще тебя уважаю, – подумала она. – Ты поступал так, как считал правильным. Ты старался исполнить волю Королевы».
Нежеру сняла пояс Джиндеджо и перетянула бедро Ринда, чтобы остановить кровотечение.
– Теперь ты можешь выжить, – сказала Нежеру. – И, если ты меня слышишь, знай, что я проявила милосердие по отношению к тебе – в большей степени, чем ты ко мне.
А потом она повернулась и зашагала прочь, следуя вдоль границы между двумя фортами, направляясь на юг, туда, где не было крепостей Жертв.
«Теперь я стала врагом для всех, – подумала она. – Как для смертных, так и хикеда’я. И все они хотят моей смерти».
Фремура разбудил болезненный тычок тупого конца копья в живот. Пока он лежал, задыхаясь на грязной соломе в загоне Рудура Рыжебородого, его ткнули снова.
– Вставай, или я выпущу тебе кишки другим концом, щенок, – сказал воин, державший копье.
Фремур оттолкнул его в сторону и встал. И сразу все вспомнил – пленение Унвера и свое собственное тяжелое положение, но вдруг понял, что ему все равно. Он либо был прав, когда принял решение следовать за высоким воином, либо ошибся. Но он не станет унижаться и умолять о пощаде.
Он получил еще один удар тупым концом копья.
– Убери от меня копье, или я заставлю тебя его сожрать, – сказал Фремур.
На лице воина появилась злобная усмешка. Он развернул копье, направив его острый конец в живот Фремура.
– Только я сначала покажу тебе, как выглядят твои кишки, тан Усы.
– Прекрати, – послышался другой голос. – Нет ничего плохого, если мужчина покажет немного огня. – Подошедший к ним воин, который стоял немного в стороне и наблюдал, как будили остальных пленников, шагнул вперед и с презрительной улыбкой окинул взглядом Фремура с головы до ног. – Однако Виборд прав. Настоящий тан должен иметь бороду.
– У меня не было времени на поиски невесты на Танемуте, – сказал ему Фремур. – Приглашение Рудура… было неожиданным.
Мужчина рассмеялся. Он был больше своего подчиненного, обладал крепким мускулистым телом, а большую часть его лица покрывали ритуальные шрамы и татуировки. Кроме того, у него отсутствовала половина зубов, и одна щека немного ввалилась.
– Значит, клан Журавля? – сказал он. – Вы озерные птицы. Я вас знаю. Вы хорошие разведчики, но, как только начинается серьезная схватка, вы встаете на крыло.
– Просто развяжи мне руки и дай мой меч, и я покажу тебе, что такое огонь. – Фремур еще раз посмотрел на размеры воина и свидетельства многочисленных схваток, в которых тот уцелел. Пожалуй, это было глупое хвастовство с его стороны.
Однако мужчину его слова забавляли, а не злили.
– Тогда вставай, тан Усы. Меня зовут Одобрег, я тан клана Барсука и близкий родственник Рудура. У тебя острый язык, щенок, но я не убиваю тех, кого избили и бросили в грязь. Вставай.
