– Потому что мы до сих пор не знаем, что убило принца Джона Джошуа, и нам неизвестно, откуда взялись эти вещи – а они принадлежали принцу. Вот почему я надел перчатки.
– Ты считаешь, что это зло? – спросила Телия, слегка отодвигаясь от стола.
– Я не могу ничего сказать – и у меня нет ни малейшего представления о том, что они означают. Но в них может находиться причина его болезни. – Тиамак вздохнул и подвинул коробку немного ближе к себе. – Что касается серебряных шаров, я ничего о них не знаю. Колокольчики с конского седла? Бусины ожерелья? Но у меня есть для тебя вопрос. – Он указал в сторону предметов, лежавших на столе. – Ты когда-нибудь видела такой набор? Может быть, они относятся к времени Наббанайского Империума? Или даже к древнему Канду?
Телия бросила на него странный взгляд.
– Откуда мне знать?
– Потому что мне кажется, что это работа ситхи.
– Этот город построен на месте города ситхи. Вполне возможно, ты прав, – но что тебя так сильно тревожит?
Тиамак взял рукой в перчатке серое деревянное кольцо и поднес его к свету, чтобы Телия получше его рассмотрела.
– Здесь древняя резьба, но узор сохранился идеально. И обрати внимание на цвет. Я думаю, что это ведьмино дерево.
Телия прищурилась.
– В некотором смысле это очень красиво. Но я снова спрашиваю: почему это тебя тревожит?
– Потому что, как я тебе говорил, коробка была спрятана в кабинете Джона Джошуа. Спрятана, как и проклятая книга епископа Фортиса.
– Я уже говорила, что тебе следовало рассказать об этом королю и королеве, – заметила Телия.
Тиамак вздохнул.
– Я многое мог бы сделать, и, весьма возможно, мне следовало это сделать. Но причины, заставившие меня скрыть то, что мне удалось узнать, никуда не исчезли. Я не хочу тревожить Саймона и Мириамель новостями про их умершего сына, пока сам во всем не разберусь.
– У Джона Джошуа была запрещенная книга, – сказала Телия и пожала плечами. – Он спрятал коробку с побрякушками, которые, возможно, сделали ситхи. И то, и другое не выглядит таким уж необычным или невероятным для ученого принца, живущего на развалинах древнего города ситхи.
– Эта книга принадлежала порочному священнику Прайрату, который состоял в сговоре с норнами… и другими ужасными существами. Эти предметы – если их действительно создали ситхи, – где их нашел Джон Джошуа? Туннели под замком, во всяком случае, те, что ведут к древнему Асу’а, запечатаны еще в то время, когда Башню Хьелдина заполнили камнями и заперли более двадцати лет назад. Мы нашли все, что принадлежало Прайрату, и сразу уничтожили. Как мог Джон Джошуа добраться до этих вещиц?
– Но я все равно не понимаю, почему эта шкатулка так тебя тревожит.
– Дело не в шкатулке, дорогая жена, а в этом предмете. – Он снова поднял кольцо из серебристо-серого дерева. – Ты можешь предположить, что это такое?
Некоторое время она рассматривала кольцо.
– Рамка для маленького портрета, быть может? Или ручное зеркальце?
– Да, зеркало. Именно так. – Тиамак положил кольцо на стол. – Видишь тонкую трещину, как будто она появилась, чтобы что-то вытащить?
– Ты начинаешь меня пугать, муж мой. У тебя страшное лицо.
– Потому что мне самому страшно, – ответил Тиамак. – Ситхи использовали похожие зеркала, чтобы беседовать друг с другом – и, как мы предполагаем, руководствуясь теми сведениями, которые нам известны о Прайрате, такие зеркала, носящие название Свидетель, могут использоваться для разговоров с… вещами. Вещами, совершенно нам непонятными. Речь идет о темных, не имеющих имен призраках, про которых рассказывается в книге Прайрата – той самой, что Джон Джошуа также спрятал.
Телия довольно долго молчала.
– Ты думаешь, что он нашел зеркало ситхи, – наконец заговорила она. – Одно из тех, что называют «Свидетелями»?..
– Я боюсь, что так и было, – сказал Тиамак. – Хуже того, я опасаюсь, что изучение зеркала и привело его к гибели.
– Тогда ты должен поговорить об этом с королем. – В ее лице, как в зеркале, отразились напряжение и беспомощность, которые он чувствовал сам. – Ты должен! Если это правда, Саймон и Мириамель заслуживают ее знать.
– Я понимаю, – сказал Тиамак. – И это пугает меня более всего. – Он сделал еще один большой глоток вина из лопуха. – Бывает правда, которую лучше никому не знать, и тайны, которые не следует раскрывать. Но теперь я состою в Ордене Манускрипта, а с Бинабиком мы не увидимся еще несколько месяцев, поэтому все решения принимать мне придется в одиночку.
– Не только тебе, муж, – сказала она, встала, подошла к нему и обняла его за плечи. Тиамак отодвинул коробку подальше, чтобы она случайно ее не задела. – Ты не один в этом мире, продолжала Телия, прижимаясь щекой к его щеке, и Тиамак уловил аромат розмарина, лаванды и других растений. И от этого ему вдруг захотелось плакать. – Ты можешь разделить свое бремя со мной.
– И это пугает меня больше всего, – сказал он. – О, Телия, я не хочу, чтобы ты находилась рядом с такими страшными тайнами. Но я боюсь, что взял на себя слишком много, и теперь не в силах удержать все в своих руках.
