– Слишком давно не пробовал я изысканных блюд нашей кухни. – Ученое слово, блеснувшее в его речи подобно гаума-жемчужине в навозной куче, еще раз напомнило Напьеру, что нельзя недооценивать этого нелепого с виду дикаря – ум у него первоклассный, и он может говорить не хуже любого легата, если захочет. – Но ничего, – продолжал Арглебаргль. – Ночью вернулся один из моих нетопырей. Шлегманнигль с ордой будет здесь через два или три дня – и уж тогда мы свое возьмем. – Он махнул подбородком в сторону стены, через которую им перебросили голову Урмана. – Тазурои попируют на славу!
«И Кратер получит удар, от которого никогда не оправится. – Напьер посмотрел, как тазурои топает прочь, оглядывая укрепления. – И тебя тоже ждет сюрприз, мой засаленный дружок».
Мало того, ночью хирург радостно доложил ему, что изолятка опять беременна – и, похоже, снова двойней!
Ядовитые лучи Шайтана коснулись верхушки стены, и Напьер Ут-Комори, прищурившись, вздохнул полной грудью.
Победа будет на его стороне – он это чувствовал.
–
Тат из-за пульта прищурилась на экран, передающий ей, что происходит на мостике, – капитан открыл этот канал по ее просьбе.
– Моб! – рявкнул Быстрорук. Он не попадал в кадр имиджера, но в голосе слышалась тревога.
Драко быстро застучала по клавишам.
– Сканирование следов не обнаружило.
Тат затаила дыхание: ее аргус засек разбросанный код, соответствующий критическому положению.
Преисполнившись свежей энергии, она забросила кодовый невод в сторону адресов, указанных аргусом, – невод слишком тонкий, как надеялась она, чтобы его обнаружить.
– До светила 35,2 светоминуты, 33 отметка 75. – Пальцы Лассы бегали по клавишам. – Начинаю навигационный поиск. – Тат слышала, как стрекочет навигаторский пульт – компьютер искал четвертую планету. Даже если в системе Геенны есть маяк, полагаться на него нельзя.
Тот поиск, который вела сама Тат, пока не включил никакой тревожной сигнализации – уже хорошо. Окно на ее пульте пульсировало в такт с работой генератора ключевых слов; она подключила его к борийскому историческому чипу, который дал ей Лар, когда она рассказала о своей гипотезе.
«Мне сдается, ты права, – сказал он, порылся в своем шкафчике и дал ей этот чип. – Ни один должарианец не станет копаться в борийской истории – и рифтеры тоже. – Он вздернул губу. – Во всяком случае, не наш экипаж».
Тат присмотрелась к окну повнимательнее: поиск шел уже среди концептуальных ассоциаций второго порядка, генерированных познавательными схемами
Пульт Лассы издал трель.
– Планета обнаружена, системная марка 2-70. Орбитальный радиус 23 светоминуты.
– Курс на системную марку 2-70, плюс тридцать пять светоминут, – приказал Быстрорук. – Лавируй, сколько потребуется, чтобы удержать нас подальше от Узла. Моб?
– Если я что-то найду, ты первый узнаешь, – буркнула Драко.
Тат вернулась к работе. Они почти не замечали времени, за которое «Самеди» совершил серию скачков, приведших их в точку на плоскости эклиптики, в тридцати пяти минутах от солнца системы, которая была ближе всего к Геенне. Желудок Тат жгло от крепкого алигрианского чая, испытанного стимулирующего средства всех программистов Тысячи Солнц, и глаза болели. Но разгадка была рядом – Тат уже чувствовала присутствие Моррийона. Внезапно ее пульт защебетал, и открылось еще одно окно. Прилив адреналина заставил Тат выпрямиться. Один из ее наживочных фагов обнаружил нестандартный чистящий вирус. Должно быть, моррийоновский – тот замаскировал свой массив, сделав его невидимым для стандартных чистильщиков системы. Но ни одна программа не сработает, если не вернуть использованное пространство обратно.
Тат поспешно застучала по клавишам. Да! Она напала на один из файлов Моррийона. Она перевела его в стазис и начала осторожно вытягивать из него заголовок, опасаясь самоубийственного кода и битобомб. Отделив заголовок, она подключила битовый поток к нейраймаи. Сейчас она кое-что узнает!
Сирена зазвучала снова, и что-то на мостике привлекло внимание Тат. Быстрорук сидел выпрямившись, в своем командном кресле, и по повороту его головы она поняла, что он смотрит на главный экран.
– Тридцать пять до системы, наводка на 2-70, – доложила Лаоса. – Курс на Геенну.
– Здорово грязная система, – сказала Моб. – Контроль повреждений, доложи.
Гальпурус за своим пультом прошелся по клавишам своими маленькими руками, нелепыми по сравнению с мощными бицепсами.
– Щиты смогут выдержать одну десятую «це» – или чуть побольше. Выше абляция пойдет неважно – можем даже воспламениться.
