– В спальне я застала Аллану – его бывшую, водную отступницу. Насколько ты помнишь, Арранз предлагал Кайросу обменяться. Я в обмен на эту… эту блондинку, – прошипела я.
– Ты уверена, что они были в месте?
– Она была голая. В его постели!
– Это ничего не доказывает, – покачала Лара головой. – Может быть, в этом и состоял ее план? Что бы ты застала ее в такой двоякой ситуации. Вспомни поведение Кая. Он бы не стал бросаться тебе вслед, если бы это было так.
– Напоследок я подожгла его, – тихо пробурчала.
– Что ты сделала?! – не поверила Лариса.
– Подожгла его… – призналась еще раз. – Я была так зла. Мне казалось, что он меня предал. А уж теперь, когда он стал на сторону водного лорда… Хорошо, что мы сбежали.
В душе царило полное смятение. Новости шокировали. К мысли о том, что меня хотят убить, я уже привыкла. Но смириться с предательством Кая сложно. Казалось, изнутри меня разрывали на части. Боль, злость, желание отомстить. Но в то же время я хотела верить в лучшее, обеляла отступника огня и придумывала для каждого его действия оправдание.
– Дорогая, я думаю, его подставили. Он не мог… Не стал бы этот мужчина прощать предательство. Его гордость сильнее, чем ты можешь себе представить.
– Может быть. Я теперь ни в чем не уверена.
– И ты зря думаешь, что он предал нас. Кайрос – шпион. Ему все еще не нравится эта идея с войной. Он против нее, ведь понимает, как много людей погибнет. Пострадают не только маги, но и мирное население.
– Ты так думаешь?
– Я знаю. Он сам сказал мне это, – ободряюще улыбнулась Лариса. – А ты перестань хандрить. В конце концов, впереди нас ждет долгая дорога. Одним мужчиной меньше, одним больше. Кайрос не последний в этом мире, в кого ты можешь влюбиться.
– Я не…
– Не ври мне хотя бы, я все же часть тебя, – усмехнулась птица. – Кто, как ни я, понимает тебя лучше всех? И если уж ты так завелась от одной его предполагаемой интрижки, делай выводы, милая.
Щеки опалило жаром смущения. И в самом деле, чего это я? Почему так реагирую, и почему на меня так влияют его поступки? Я вспомнила Кайроса. Его улыбку, его нахмуренные брови и вечную складку меж бровей. Боги, а какое у него тело! Наши мужчины годы в тренажерных залах проводят, чтобы добиться такого. Но главное не это. Его характер – вот что мне нравится. Его трепетная забота и беззлобные подшучивания. Пришлось признаться хотя бы самой себе. Да, я успела влюбиться в этого мужчину. Когда? Сама не знаю. Но факт остается фактом, пока я не разберусь в его истинных намерениях, лучше нам оставаться на расстоянии.
Мне вспомнился его полный злости взгляд в Форте Земли. Да, лучше нам держаться на расстоянии. В первую очередь, для моей безопасности. Вряд ли Кайрос причинит мне боль, но доверие к нему пошатнулось.
– Ложись спать, Виолетта. Завтра сложный день.
Лариса вновь сидела на ветке, вглядываясь в лесную темноту и прислушиваясь к каждому шороху. Я легла спиной к горящему костру, подтянула сумку под голову и закрыла глаза. Сон сморил меня быстрее, чем я думала.
Деревня встретила нас лаем собак, перепачканными в грязи детьми и перешептыванием старушек, сидевших на скамейках возле покосившихся домов. Гостей, видать, здесь давно не было, и тут я, да не одна – с Ларисой, а простой люд знает: девушка со зверем – это ведьма. Да только не путешествуют они сами, да еще и на лошадях. Чаще на зачарованных метлах группами передвигаются. Эх, не доучилась я до собственной метлы. Обидно. Такие перспективы собственная метла открывала – ух!
– Матушка, – вежливо обратилась я к старушке, – не подскажете, где постоялый двор? Или к кому можно попроситься на ночлег?
Старушка уставилась на меня немигающим взглядом. Заулыбалась, как-то даже приосанилась, молодея на глазах.
– Чего ж не подсказать? – проскрежетала. – Есть у нас двор, кхе, – усмехнулась она, – постоялый. Да негоже там девице одной появляться, разные люди там собираются.
Конь подо мною всхрапнул – его за хвост потянули маленькие перепачканные ручки деревенской детворы. Пацаненок, стоило ему встретить мой взгляд, тут же покраснел и отбежал к группе детей, что-то говоря им. Те с усердием вникали в каждое слово, заглядывая в рот и смотря, как на героя.
– Что ж делать-то? – вновь вернула свое внимание к бабушкам. – Мне на денек всего, может, на два.
То, что в местной гостинице спать небезопасно, я поняла еще на подъезде к деревне, гордо носившей название «Три дороги». Домов около сотни, может меньше – вот и вся деревня. Даже меньше той, в которой я ночью одежду воровала несколько месяцев назад. А значит, таверна у них одна, и двор постоялый – место сборищ всяких забулдыг. А мне только лишнего внимания сейчас и не хватало. Нет уж, лучше напроситься на постой к кому-нибудь из местных. Я бросила взгляд на старух, внимательно следивших за мной.
– Может, у кого из вас койка лишняя найдется? Я непривередливая и заплачу честно.
– А сколько предлагаешь? – прищурившись, спросила все та же старушка.
– Все по-честному. Цена вашего местного номера. За еду дополнительно серебрянка сверху.
