— Меня не волнует, готов ты или нет. Такая дерзость карается смертью! — холодно отчеканила я, и схватила его за горло, сдавливая так, что он захрипел, но тут же сжал губы, не издавая больше не звука. Он зажмурился и расслабил шею. И тут меня оглушило осознанием — он действительно готов умереть от моей руки. Я швырнула его назад, он потерял равновесие и упал на спину, схватился за горло судорожно дыша.
Я села сверху, прижимая его а ковру, и достала нож.
— Хочешь умереть значит? — я тяжело дышала
— нет. — твердо ответил он — но если вы…если ты этого хочешь. — опять этот взгляд змеиных глаз. Серьезный. Он был уверен а том что говорит. — я готов на это пойти. — я держала нож у его горла. Тоненькая струйка крови потекла по лезвию, демонстрируя серьёзность моих намерений.
Я приблизилась к его лицу, вглядываясь в эти непроницаемые серые глаза змеи. Обычно холодные, но сейчас он был спокоен и совершенно расслаблен.
— Почему? — я задала единственный вопрос который меня волновал на данный момент. Все остальное состояло из гнева и желания сорвать с него одежду и забрать у него еще и первую ночь, прямо тут, на полу классной комнаты.
— Я тебя выбрал. — коротко ответил он. — моя жизнь принадлежит тебе. — Полная уверенность в своих словах. Я надавила на нож.
Он дрогнул. Я чувствовала его страх смерти. Он не хотел умирать. Но заставлял свое тело, свое живучее и ядовитое змеиное нутро не сопротивляться.
Я закусила губу и убрала нож. А потом наклонилась над ним.
— Ты был уверен что я тебя не убью?
— Да. — ответил он, не скрывая улыбки — Я слишком интересен вам. — от злости я чуть не прикусила язык
— Ах ты хитрый, изворотливый манипулятор! Который любого заживо сожрёт!!!
— вы хорошо понимаете мою натуру, госпожа. Это еще раз подтверждает — я не ошибся в вас — он снова улыбнулся.
— тогда зачем рисковать?
— ревность — это яд отравляющий душу… — вздохнул он, приподнимаясь и опираясь на руки. — Мне неприятна была мысль, что брошь подарена мне, а своей милостью вы одариваете другого. И ещё, кхм… — Я вопросительно приподняла бровь.
— Моя госпожа. — он отвернулся — если вы не намерены меня прямо сейчас убить, встаньте с меня пожалуйста. Это неприлично.
— Ах э-это неприлично! — я чуть не задохнулась от возмущения, и дернула его за подбородок снова поворачивая к себе. Он смотрел на меня вопросительно, аккуратно пытаясь выбраться из под меня.
— Даже не думай. — рыкнула я.
— Хорошо — покорно произнес он. — Я понял. Как я и сказал, приму любое наказание. Даже это. — он освободил одну руку и принялся расстегивать воротник. Я села на нем, сложив руки на груди, и с интересом глядя чем кончится этот спектакль. Он дошел до пуговиц над кушаком, случайно коснулся моего бедра и тут же одернул руку. Словно обжёг её.
— Астор, я вот понять не могу одного. Где искать твоих родственников? В самых знатных домах Лерна или в борделях?
Он порозовел ещё больше
— госпожа. Я прошу прощения за свой поступок. Я не сдержал эмоций. Это недопустимо. Больше такого не повторится.
— Точно?
— Даю слово — серьезно произнес он.
Я притянула его за край воротника к себе. — Не люблю пустых обещаний. — и поцеловала его. Вкладывая в этот поцелуй всю бурю противоречивых чувств и желаний бушующую у меня в душе. Сначала он замер, но буквально через несколько секунд начал отвечать всё более и более страстно. Надо сказать или он только притворялся невинным, или действительно учился на ходу, но с каждым поцелуем он становился все лучше и лучше, и я уже серьезно увлеклась, запустив руку ему под рубашку, как вдруг скрипнула дверь.
— Ари, имей совесть! — голос Бриссы громыхнул где-то сверху, вырывая меня из обьятий змеи и его колдовских поцелуев.
— Черт! — я вскочила, Астор отвернулся, и начал судорожно застегиваться.
Рыжая фурия встретила меня яростным взглядом.
— Левицкая, ты можешь зажимать другого, хотя бы не в тот же самый день, когда разбила сердце моему брату?!
— Прости? — виновато произнесла я, и Брисса вытолкнула меня за дверь. Так неловко мне давно не было.
— Ты неисправима — закатила глаза моя лучшая подруга — серьезно. Твой будущий муж будет самым несчастным человеком на земле!
— И не поспоришь — вздохнула я обреченно. — погоди. — я открыла дверь. Астор стоял посреди комнаты и невозмутимо отряхивал камзол.
— Мы еще поговорим о твоем наказании! Не смей покидать эту комнату!
— Конечно, моя госпожа — улыбнулась змея. Разве что не зашипела от самодовольства. -
Я закрыла дверь. И снова открыла
— И сотри это счастливое выражение со своего лица! — он тут же демонстративно нахмурился и вытянулся в струнку, убирая руки за спину. Но в глазах плескалось веселье. Я теперь окончательно закрыла дверь.
— Пойдем уже — рыжая толкнула меня в плечо и я отправилась за ней.
Наверное ещё ни разу за всю его жизнь, юношеская комната Фогеля не была полна таким количеством людей. Чадила лампадка, горели свечи. Слуги, мрачный гувернер, лекарка отмеряющая лекарства. Люка сидел у кровати больного, Инвар стоял, сложив руки на груди и подпирая косяк. Увидев меня он сразу собрался уходить.
