— Тогда почему бы тебе не пойти дальше? Прими командование и сделай всё как надо. Причины изложишь после на Фриде. Мне будет намного спокойнее, если в своей комнате будет сидеть Бротиган.
Норм поморщился.
— Поменьше бы ты смотрел военных драм, рядовой. Кто я? Отставной сержант и учитель физкультуры. Предлагаешь мне арестовать высший менеджмент колонии, вооружённый всеми управленческими технологиями? На каком основании? И не забывай про Бротигана и Кэссиди. Кто сказал, что они уже не изложили на Фриде свои соображения? Если Ставрос лезет в петлю, а они молчат, может, есть нечто такое, что я не учитываю? В конце концов, это их работа — видеть картину целиком.
— Они не знают, что делать, и могут наделать глупостей.
— Никто не знает. Ничего не делать и надеяться, что наверху для нас придумают правила — единственный разумный выход. К тому же свой долг я исполнил: высказал свои соображения и вправе рассчитывать, что они будут приняты во внимание. Что я ещё могу сделать, оставаясь в рамках «свой-чужой»? Чай не малые дети.
Главный недостаток достойного мужа в том, что других он полагает равными себе, сказала бы мать.
Сколь многие винят Гектора в падении Трои. Оставил, мол, на дураков.
— Ты из тех, от кого я жду чуть больше проку… ежели вдруг что.
— Ну мы же, выходит, к этому готовы?
— К этому никогда нельзя быть готовым.
Сидим. Ждём. Смотрим в небо.
Они пришли ночью.
К счастью, один из полезных советов Норма не пропал втуне: жилые помещения перенесли в подземную часть комплекса, потому те, кто спал, проснулись от грохота разносимых вдребезги верхних сооружений и нарастающего невыносимого рёва реактивных движков. Иначе не проснулись бы вообще. Выскочив в коридор, Брюс понял, что значит: «к этому нельзя быть готовым». Когда орут все автоматические системы разом, ты можешь выполнять только какое-то одно отработанное действие.
Например, бежать на выход! Брюс обернулся, пытаясь вернуть способность ориентироваться, и едва не был сметён и затоптан. По коридору нёсся железный смерч: пилоты во главе с Р. Эстергази, все восемь. Тут уже не до условий контракта, тут у них включается рефлекс — бежать со всех ног и подняться в воздух как можно быстрее. Счёт на секунды.
Пронеслись, и коридор наполнился обалдевшими колонистами. Прижавшись к стене, стояла Сульпиция с эвакпакетом в руках. Она всё сделала по инструкции и теперь ожидала, пока её спасут. Из дверей душевой выскочил Норм, в одних только форменных брюках и босиком, с полотенцем на шее, сфокусировался на пасынке:
— Где Морган?
— Что? — меньше всего Брюс ожидал вопроса вроде этого. Выяснять, где тут кто, в этой мешанине, где его отпихивали с дороги, вертели и тыкали под рёбра, пришло бы ему в голову в самую последнюю очередь.
— Спрашиваю, ты Морган давно видел?
— Да дня три, и сто лет бы ещё я её…
Норм бросил руку вниз и невнятно выругался.
— Иди, выпусти Мари, — распорядился он. — Выбирайтесь наружу и бегите прочь, как зайцы. Кроме тебя никто о ней не позаботится, забудут и бросят. Тирода кто-нибудь видел?!
— Там Р… ах да, он уже не там.
Брюс сморгнул, потом ещё раз, потом протёр глаза, но щипать их не перестало и одновременно мучительно засвербело в глотке. К ним пробивался Бротиган, полуодетый, в майке, покрытой пятнами пота, почему-то чёрного.
— Эй! — закричал он ещё издали, идя сквозь толпу как ледокол. — В технических отсеках опустились переборки и пошёл порошок, а там дежурная смена могла остаться. И подпорная вентиляция барахлит. Я послал мальчишку из Третьего вниз и сам схожу проверю. Выведешь народ? Да, и ещё — лифты отключены. Ну, ты в курсе.
Норм стиснул Брюсу плечо.
— Вытащи себя и её — это твоя задача. Всё на этом, я про вас забыл. Меня сейчас на куски будут рвать.
На конфетти. Эдера Насименто налетела на Норма как воробей на ястреба, вцепилась в полотенце и даже, видит бог, попыталась встряхнуть:
— Я нигде не могу найти Ставроса… чего вы ждёте?., распоряжайтесь своею властью, только вы можете… тут люди, дети!
Дальше Брюс уже не слушал, потому что весь ушёл в движение против потока. Пригодились локти, рост и вся мускульная сила, сколько есть. Мигнул свет, потом погас, спустя невыносимо долгую минуту включилась тусклая аварийка, и при ней стал виден ползущий по коридору дым.
