Я обернулся и сразу вспомнил, где видел этого эльфа. Да и после тесного знакомства с его матерью не признать настолько похожее лицо было сложно. Опознал его не только я, но и Высоцкий с эннаром Синионом явно напряглись.
— Мы не были представлены, — спокойно проговорил я.
— Эннар Кирит, — представился тот, после чего положил руку на жезл, висящий в кобуре на поясе. — И я пришёл, чтобы потребовать от тебя ответа за то, что ты совершил.
— А что я совершил? — уточнил я.
Эннар Синион сузил глаза и сам потянулся к оружию. В отличие от меня он рисковал своей репутацией, и сильно — случилось что, отвечать ему придётся перед королём. В принципе, скандала уже не избежать — Кириты его вассалы.
— Эннар Вирен, — холодным тоном произнёс он. — Уходите.
— Это животное обесчестило мой род! — не сдержал эмоций молодой эльф. — Я, Вирен Кирит, требую вашего справедливого суда, эннар Синион! Я в своём праве!
Несколько секунд наш сопровождающий сверлил своего вассала взглядом, но даже я знал, что всё правильно. Вирен поступал в соответствии с традициями, и его сюзерен был обязан исполнить свои обязательства.
— Эннар Князев, — повернулся ко мне он. — Обвинение эннара Кирита не предполагает иного исхода, чем бой. Вы готовы защитить свою честь на ритуальном поединке?
— Ярослав Владиславович, на вас распространяется дипломатическая неприкосновенность, — напомнил Высоцкий. — Вы можете отказаться, Российская Империя вас защитит.
Но я его проигнорировал. Вместо этого я окинул молодого эльфа внимательным взглядом и объявил своё условие:
— Здесь и сейчас.
Нас привели на задний двор трактира. Судя по тому, что здесь всё было приготовлено для дуэли, можно предположить, что подобные схватки — обыденность. Встретились два эннара, не поделили между собой трактирную шлюху или кружку пива, вытащили мечи — и понеслась.
В Российской Империи дуэли не были запрещены, но обложены таким количеством правил, что фактически превратились больше в спорт, чем в серьёзное противостояние. Каждый участник перед боем подписывал отказ от претензий, за нарушение которого его императорское величество спрашивал со всего рода. Это позволяло свести убийства к минимуму, хотя, разумеется, оставался шанс проводить всё неофициально, но тогда в случае, если об этом станет известно, ответственность будет куда как строже — вплоть до полного вычёркивания из благородного сословия и отправки на каторгу.
Здесь же всё ещё дикое средневековье: косо посмотрел на благородного — тебя вызвали на дуэль, а дальше кто-то из вас отправляется в могилу. И, разумеется, официально с тебя взятки гладки, однако при этом никто не отменяет мести со стороны родни почившего. Нетрудно представить, в какую кровавую круговерть это может выливаться — когда одно убийство тянет за собой другой, пока всё не переходит в резню между родами с участием всех желающих погреть руки на конфликте.
Зрителей собиралось много. Постояльцы, узнавшие, что сейчас будет дуэль, подходили и подходили. Особый ажиотаж создавал тот факт, что для большинства мы были первыми людьми, которых местные эльфы увидели в своей жизни. А кроме того — чужеродный эннар сейчас будет биться с отечественным, и нужно поболеть за своего.
Члены делегации, разумеется, тоже явились все. Григорий Семёнович выглядел особенно недовольным. Сперва я ослушался, когда вылез против «Серебряного рассвета», теперь вот дуэль затеял. А ведь моя сохранность — его прямая обязанность, случись мне проиграть, и государь не посмотрит на собственноручно вписанную благодарность.
— Ярослав Владиславович, — шёпотом обратился ко мне Высоцкий, — вы же понимаете, что будет очень плохо, если эннар Кирит умрёт?
Я кивнул.
Вопрос был действительно сложный. С одной стороны, мне нужно победить, дабы не посрамить честь Российской Империи, с другой же… Убивать эннара, который не сделал ничего плохого — не самый лучший вариант. Это однозначно осложнит наши отношения с сопровождающим и эльфами вообще.
— Постараюсь сохранить ему жизнь, Александр Олегович, — кивнул я.
Эннар Синион на правах старшего аристократа стал распорядителем. Нас с Виреном вывели в утоптанный круг, огороженный невысоким забором. Сын Соланы смотрел на меня уже не так зло, но сосредоточенным оставался. Видя, что противник настроен серьёзно, я тоже не расслаблялся.
Он, конечно, молодой, но, несмотря на это, нельзя забывать об эльфийской физиологии. От природы ушастые превосходят людей в гибкости и ловкости. К тому же в Аэлендоре хвататься за оружие нужно гораздо чаще, чем на Земле, а значит, и опыт у Вирена Кирита должен иметься немалый.
Исходя из этого, я ожидал, что схватка будет как минимум достойной.
С Игорем мы тренировались много, брат двигался за пределами даже эльфийской скорости, и там мне удавалось побеждать. Показывать все свои возможности было рановато — мне ещё предстоит не раз и не два удивлять ушастых бретёров. Так что я рассчитывал показать красивый бой и свести всё к победе, но при этом не опозорив сына Соланы.
