— Не переживай, это был мой клон, я его заранее вырастил. Очень сложная штука, пришлось разделять сознание. Как будто смотришь в две разных стороны, а в ушах наушники с разной музыкой.
— А ты сам где?
— Вон там пробираюсь. Отсюда не видно, пришлось укутаться складками реальности, чтобы проскочить незаметно в генераторную, оттуда в пункт управления крепостью, а там в шлюзовую с капсулами эвакуации. За ними как раз и был односторонний портал в убежище Озаренного, пришлось его заново открывать. Честно говоря, дальше все по новой, в том убежище было еще жарче и в итоге я гонял его по мирам около двух ваших лет. Этот просто для примера тебе показал.
— Хочешь сказать, что мы противостоим такому же Озаренному?
— Через две, может три тысячелетия — да. И этот еще молодой считается. Тот, что был постарше, в итоге меня убил. Но и в твоем мире у меня даже крохи своих способностей нет, а Озаренный живет там довольно давно. То есть мы уже отстаем на век или около того.
— Империя изучала концепцию попаданчества. Но не нашла ни одного подтверждения. В итоге пришли к выводу, что это невозможно.
— Не удивлен, — усмехнулся я. — Но наш Озаренный — уроженец твоего мира.
С такой-то скорлупой вокруг мира. Еще бы к ним никто в гости не приходил. К тому же не самый дружелюбный из миров, что я видел.
— Да я вообще-то про тебя говорил, — нахмурился Александр. — Ты же… не отсюда.
— А-а… Ну да, тут отдельный случай. Забей, вряд ли кто-то еще когда-нибудь сможет подобное провернуть.
— И ты думаешь, что я во все это просто возьму и поверю? Что ты какой-то бог из другого мира?
— Грубое сравнение, но… приемлемое.
Я не собирался выдавать всю подноготную и вдаваться в дебри теократии. Информация о богах, эгрегорах и прочем была бы лишней. Достаточно было убедить Александра в опасности врага и в том, что у меня есть опыт противостояния таким как он. Не более.
— У тебя же наверняка есть какие-нибудь артефакты, проверяющие ложь, — произнес я. — Могу еще раз на той бумажке написать, что все увиденное тобой — истина, какой я ее помню. А помню я все досконально.
— Что ж… Звучишь ты убедительно. Мы здесь закончили?
— Последняя деталь. Пойдем, покажу тебе, как выращивают кровавые деревья и что рождается из фруктов, которые на них растут. Заодно увидишь и инфернальную фабрику по производству пергамента. Тебе на ум скорей всего придут другие слова, но у них это называется именно фабрика.
После пробуждения пришлось оттащить Александра к озеру и двадцать минут отпаивать горячим чаем. Вид на водную гладь успокаивал и умиротворял, так что все дурные мысли вскоре выветрились из его сознания.
После чего он достал из пространственного кольца простой белый камень и протянул мне.
— Возьми в руки и поклянись, что все сказанное тобой правда, — сухо произнес он.
— О, в этом мире боги тоже проверяют души на чистоту? Хотя обычно они используют перья, но камень практичнее, согласен.
— Откуда ты все знаешь-то?
— Да от него разит божественной энергией. Много у тебя таких штук? Твою ж… — меня осенило, и я чуть не хлопнул себя по лбу. — Это не пространственное кольцо, а связующее? Ты не в кольце таскаешь эти артефакты. Они все в одном хранилище, а кольца просто обеспечивают к нему доступ. Имперская сокровищница?
— В былые времена в империи и за меньшую осведомленность ссылали на рудники.
— Варварские времена, должен заметить. Кстати говоря, я практически никогда не вру. Мне физически больно это делать, а последствия крайне неприятные. Если я совру при личном разговоре, ты легко это увидишь. И да, все, что было во сне, истина из моих воспоминаний. Чуть в ускоренном режиме, но без приукрас и прочего. Вот. Возвращаю тебе камешек, все еще легкий, белый и без трещинок. Не знаю просто, какой эффект должен был произойти, если бы я соврал. Помню перья становились такими тяжелыми, что ими можно было орехи колоть
— Ага, — вяло произнес Александр и камень исчез. — Даже и не знаю, радоваться мне теперь или плакать.
— Радоваться, разумеется, — хлопнул я его по плечу. — Ты узнал своего врага, обрел нового друга и вместе мы теперь сможем надрать зад всем супостатам.
— Ага, — также вяло ответил он. — Как только напишу гору отчетов об использовании артефактов, о том, почему вынес документы из конторы. Судя по всему, мне придётся много врать, чтобы меня не посчитали профнепригодным психом. А, и еще за это.
Он достал шкатулку из кровавого дерева, раскрыл, а затем просто зачерпнул воды из озера и плеснул внутрь. Пергамент тут же начал чернеть, дерево трескаться, а перо мгновенно слиплось.
Я выставил руку и добавил действию энергию Потока, пока мерзкие предметы не дошли до грани. Если оставить их так, то уже через несколько минут все восстановится.
— Теперь можешь уничтожить, — произнес я. — Любая магия или физическая сила сгодятся.
Саша держал открытую шкатулку в руках, а затем между его ладонями вспыхнула ослепительная белая вспышка. На землю упали лишь хлопья черной сажи.
