— Выбралась наконец, показала свое истинное лицо, тварина, — оскалился я.
Душа не могла реинкарнировать, не могла отправиться в круговорот. Лучше бы она пожелала раствориться в Потоке, но нет. Осталась сидеть, дрожащая, мерзкая, запертая в мертвом теле.
Это существо и раньше можно было назвать человеком лишь с большой натяжкой, теперь же передо мной извивалась примитивная нежить. Новорожденный упырь. Не заразный, но все равно очень опасный. Дай твари волю — и она может веками кошмарить мелкие села и деревни, утаскивая беззащитных и пожирая их.
Спичка чиркнула о боковину, затем я поджег остальные и бросил весь коробок в ублюдка. Духовный вампир, ныне упыреныш, черная душа, ничего общего с человеком, кроме тела, которое тварь занимает не по праву.
— Гори! — прорычал я на высшей речи, начиная ритуал очищения. Так было нужно, иначе взбесившаяся душа может и дальше бродить по миру. — Пусть очищающее пламя испепелит твою душу и дарует ей вечный покой, пусть Поток смоет твои грехи. Пусть этот свет станет сигналом для всех, подобных тебе. Пусть они узрят и осознают.
Я выставил руки и выпустил чистую энергию Потока, раздувая пламя еще сильнее.
И тут произошло странное. Пламя сгораемой души стало настолько сильным, что прожгло брешь в скорлупе, внутри которой был запечатан этот мир. Всего на миг, даже по мерке Курьера.
Измайлов Константин Борисович, известный в узких кругах как Душегуб, славящийся нечеловеческой жестокостью, но крайней эффективностью, в последнее мгновение своей жизни увидел кошмарный сон.
Перед ним стояло настоящее чудовище. Оно смотрело на него широко открытыми шестью глазами и видело насквозь.
— Пусть все подобные тебе осознают, — произнесло чудовище на нечеловеческом языке, однако Константин Борисович почему-то его прекрасно понял, — что не будет им покоя, ведь Дитя Амбера явилось по их души.
Тысячи нечестивцев этой ночью не смогут уснуть из-за одного и того же кошмара, в котором шестиглазый монстр преследует их. Но они не знают, что этот кошмар будет преследовать их еще очень долго, пока рано или поздно не станет явью. Еще не знают.
Настроение было прекраснейшим. Просто преотличнейшим! Усиленное энергией Потока пламя не оставило даже пепла от тела ублюдка, а мой канал связи в одно мгновение окреп так сильно, будто я сожрал и переварил пару камней первого ранга.
Силы возвращаются ко мне, правильной дорогой иду.
Тщательно обыскав все, нашел свои вещи, включая статуэтку. Странно, теперь она не просто испускала тепло, а словно бы пульсировала.
— Ладно уж, — вздохнул я и дотронулся до камня.
Существо тут же откликнулось на прикосновение. Да, существо. Оно было заперто в статуэтке, причем очень давно. Прислушавшись к ощущениям, я понял, что это некая разновидность природных духов, очевидно как-то связанных с пламенем.
Сейчас дух был очень слаб, еще лет двести — и его искра окончательно угаснет. Он давно уже утих и пребывал в подобии сна, экономя силы. Похоже, он почувствовал мое появление, а ритуал с пламенем растормошил его еще больше.
Амбер — Всесоздатель, первый эгрегор. По сути, он отец всех эгрегоров, включая Стихиалия. А стихийные духи — дети Стихиалия. Так что в каком-то смысле мы с этим огоньком в статуэтке дальние родственники.
Убираю статуэтку обратно в карман, беру саквояж и топаю по дороге в сторону усадьбы местного барона.
Идти и правда оказалось недолго, съезд был хорошо виден и вел в сторону леса. А перед лесом виднелся красивый и ухоженный особняк. Туда я и направился.
— Это частная территория, назовитесь, — окликнул меня солдат на воротах.
— Измайлов Константин Борисович, — поздоровался я, приподнимая шляпу. — Специалист по переговорам. Прибыл по заказу его благородия.
— А где парни, что вас везли?
— Видите ли, экая оказия приключилась. У одного автомобиля пробило колесо, а пока они его чинили, второй тоже сломался. Я не владею деталями, к превеликому сожалению, автомобильная техника не входит в сферу моих профессиональных интересов.
— Да, Тусклый звонил, говорил про колесо, — вмешался второй охранник. — Говорил, что разберутся сами.
— Вот, — кивнул я. — А мне не терпится познакомиться с клиенткой, вот и решил дойти сам.
— О, это вы про ту любительницу ваз и черепков? — хохотнул первый. — Я бы с ней тоже хотел познакомиться поближе. Может, вам нужна помощь в переговорах, а?
— Боюсь, наблюдение за моей работой отобьет у вас всякое желание знакомиться с моей клиенткой. Но вы можете познакомиться с ней после. Как раз оцените результаты моих профессиональных навыков.
— Не, спасибо, чёт перехотелось. Проводи его в подвал.
— Благодарю, — кивнул я и шагнул вперед.
— Э, не так быстро. Паспорт, уважаемый. На слово, что ли, вам верить?
— Да, конечно, конечно.
Паспорт я, разумеется, сжег. В нем была фотография, да и по возрасту совсем не подхожу. Потому я прямо на стойку водрузил «свой» саквояж, открыл его и начал бережно раскладывать инструменты прямо перед лицами постовых.
