О, как интересно. Я сегодня как раз думал о том, чтобы снова встретиться с Викой. Приятное совпадение.
— Всё, последняя докладная, — сказал я, громко щёлкнув по клавише. — Мы на сегодня закончили?
— Вроде бы, — устало проговорил Кретов. — Ты привыкай, привыкай. Чаще всего наши дни будут проходить именно так. Интересные дела редко бывают.
— Не скажи. В парке было весьма интересно, — рассмеялся я и взял со стола ключи от машины. — До завтра.
— Угу, пока, — махнул рукой Дмитрий.
Я вышел на улицу, сел за руль и отправился по адресу, уже предвкушая горячую встречу с бывшей коллегой.
«Эдельвейс» оказался бетонной коробкой с неоновой вывеской. Я припарковался за углом. К вечеру неожиданно поднялся холодный ветер, который едва не сбивал меня с ног.
Рука уже тянулась к стеклянной двери, когда хлопок глушителя расколол тишину.
Первая пуля пробила дверь насквозь. Вторая ударила в стену над головой, осыпав лицо крошкой бетона. Инстинкт швырнул меня за мусорный бак, и я создал перед собой эфирный барьер.
Вовремя. Третья очередь прошлась по асфальту, оставляя дорожку из рытвин, и пара пуль ударила в барьер.
Из темноты двора вынырнули двое в балаклавах. Стволы с глушителями. Без слов, без требований — профессиональная работа.
Наёмники? Похоже на то.
Барьер дрожал под автоматной очередью, покрываясь трещинами как старое стекло.
Я поднял руку, создавая боевое плетение. Эфирные нити сплелись в луч, который стремительно рванул вперёд.
Наёмник рванул в сторону, но моя атака всё же его задела. На шее мужчины вспыхнул сизым светом какой-то амулет. Луч ударил в невидимый щит, рассыпавшись искрами.
Чёрт возьми. У них защитные артефакты. Хорошо подготовились, точно знали, на кого собираются напасть…
Противники, синхронно стреляя, разбежались в разные стороны, чтобы я не смог задеть обоих.
Как хотите. Врежу по одному из вас…
Выпустил ударную волну. Наёмник слева пригнулся, его амулет загорелся синим. Волна ударила в щит, бросив врага на асфальт. Второй, прячась за деревом, швырнул в меня гранату. Не осколочную — светошумовую.
Я отпрыгнул в сторону и упал плашмя, накрыв голову руками и зажмурился. Раздался хлопок, у меня в ушах застрял бесконечный гул, а вспышка обожгла сетчатку даже через веки.
Сразу же поднялся и бросился за угол. Пули пробили асфальт там, где я только что лежал.
Глаза горели и слезились. Я врезался плечом в стену здания и укрылся за углом. Единственное, что я сейчас хорошо видел — это эфир. Соткал из него руну страха и, на мгновение высунувшись, наложил её на одного из врагов.
Влиять на эмоции других людей — непростая задача. Но у меня получилось. Как я и думал, амулет оказался неспособен защитить от такого воздействия.
Противник дрогнул и нырнул в укрытие, меняя магазин на автомате. Хотя у него явно ещё оставались патроны.
Я вытащил служебный пистолет, прижал к груди. Холодная рукоятка обожгла ладонь.
Высунулся из-за угла, прицеливаясь, и выпустил две пули, одна из которых врезалась в барьер наёмника, а вторая — в чью-то машину. Завыла сигнализация.
По мне открыли ответный огонь. Он был плотным, мой щит не выдержит столько пуль. Надо действовать быстро!
Похоже, один из врагов собирается вести огонь на подавление, а второй попытается обойти. Что ж, хорошо. Посмотрим, кто кого…
Пули били по углу здания, выбивая каменную крошку. Моё сердце стучало так, что грозило сломать рёбра, но голова оставалась холодной.
Мысленно призвал Оскара, приказав ему явиться в облике ворона где-нибудь подальше от меня. Не видя фамильяра, я почувствовал, как он возник неподалёку, и так же мысленно велел атаковать того наёмника, который продолжал стрелять.
Через несколько секунд раздался вопль. Я пустил максимум энергии в барьер и вышел из-за угла. Встал в полный рост и поднял пистолет, как на дуэли.
Один наёмник пытался отмахнуться от ворона, который вцепился когтями в его балаклаву и яростно клевал лицо. Второй обнаружился за моей машиной — заметив меня, он тут же открыл огонь.
Барьер держался. Я задержал дыхание и прицелился.
Медленно надавил на спусковой крючок. Первые две пули щит наёмника отразил. После третьей лопнул. Четвёртая пробила противнику лоб.
Голова наёмника резко запрокинулась, и он рухнул на асфальт. Дёрнувшись пару раз, он застыл.
Минус один. А второго надо оставить в живых — я хочу знать, кто решил натравить на меня убийц.
Наёмник, которого задержал Оскар, выронил автомат и крепко схватил ворона поперёк туловища. Зря он это. Чёрные перья тут же налились слепящим золотом, и мужчина вскрикнул, отдёргивая руку, от которой шёл дымок.
Запахло палёной плотью. Оскар взлетел, а наёмник огляделся и встретился со мной глазами.
Глазом, точнее. Вместо второго осталось лишь кровавое месиво, мой фамильяр не стал сдерживаться.
— На землю, руки за голову, — приказал я, целясь противнику в лицо.
Он облизал губы и медленно приподнял руки.
— Без глупостей, — посоветовал я, вновь создавая руну страха и одновременно усиливая свою ауру.
