Юрий Hестеренко
Имперский тупик
(Переработанный вариант статьи 1997 г. "О людях с короткой памятью, или Почему я больше не буду голосовать за Лужкова")
У президента Ельцина было три крупных заслуги перед историей - ликвидация КПСС, ликвидация советской власти и ликвидация советской империи. В делах созидательных бывший профессиональный строитель, увы, преуспел меньше, но это еще полбеды; хуже то, что и вышеперечисленные ликвидации не были доведены до конца. В России так и не прошла декоммунизация, аналогичная денацификации в послевоенной Германии; политическая система, выстроенная на месте советской власти и узаконенная конституцией 1993 года, оказалась весьма несовершенной, сочетающей неоправданно широкие полномочия президента с неоправданно масштабными личными льготами и привилегиями парламентариев; наконец, хуже всего обстоят дела с последним пунктом, где реванш торжествует в полной мере, и предпринимаются реальные шаги по возрождению империи, некоего обновленного варианта СССР. Этот процесс инициирован самим Ельциным и полностью поддержан нынешним руководством; символично, что первым его этапом становится объединение с Беларусью - самым антидемократическим из европейских постсоветских государств. Причем идея эта пользуется широкой поддержкой населения; многие попросту не понимают, что, собственно, плохого в восстановлении "великой державы". Так вот, сначала приведу с некоторыми сокращениями статью, написанную мною в начале 1991 г., когда проходил приснопамятный референдум о сохранении того самого СССР.
В условиях всеобщего кризиса с особой остротой встает вопрос: что послужило причиной столь трагического и гибельного развития российской истории? Попытки свалить все на внешних и тем более внутренних врагов абсурдны. Hи один человек, ни партия не способны ничего сделать, если не опираются на объективные условия - в данном случае национальный характер и традиции. Какова же причина формирования таких традиций, такого характера? Ответ прост.
Россию погубили р а з м е р ы.
Да-да, это предмет национальной гордости, эти бескрайние просторы и огромное население.
Из биологии известно, что слишком большое животное существовать не может. Слишком большая масса создает непосильную нагрузку на ткани, требует слишком много пищи, будет слишком неповоротлива. Hервные импульсы будут слишком долго идти от органов к мозгу и обратно, так что такое существо не сможет адекватно реагировать на быстро меняющуюся ситуацию. Судьба динозавров - прекрасное тому подтверждение.
Большое государство в принципе не может быть демократическим. Чем больше людей, тем им труднее между собой договориться; при определенном количестве это становится просто невозможным, недовольных всегда оказывается слишком много. Возникает необходимость в системе жесткой власти. Чем больше население, тем большая сила противостоит правящему меньшинству; следовательно, тем большей силой должно обладать это меньшинство, тем жестче должна быть власть. При этом удерживать власть одной только силой становится невозможно. Возникает необходимость в идеологии государственности, своего рода религии, возводящей существующий порядок в ранг священной ценности. Эта идеология есть не более чем спекуляция на чувстве патриотизма, страхе перед агрессивными соседями и желании поживиться за чужой счет. Идея величия государства как высшей ценности, несравнимо более важной, чем свобода личности, неминуемо приводит к оправданию агрессии против других государств, к завоевательным походам. Поражения в этих походах ведут, в конце концов, к краху имперской идеи, а с ней и тоталитарного режима; однако победы ведут к дальнейшему увеличению государства, а значит, к новому витку имперского тоталитаризма. Чем больше и сильнее государство, тем легче ему захватывать соседей; в конце концов возникла бы всемирная империя абсолютного деспотизма, если бы не 2 обстоятельства.
Во-первых, борьба захваченных народов, не желающих принимать имперскую идею.
Во-вторых, слишком большое государство становится попросту неуправляемым. Самый деятельный правитель не в состоянии контролировать множество наместников далеких областей. Возникает раздутый бюрократический аппарат, который служит уже не верховной власти, а собственным интересам. Hа какое-то время попытки подавить коррупцию могут вызвать новый всплеск тоталитаризма; однако процесс не остановить, государственная машина ломается под собственной тяжестью, и империя рушится. Таким образом, империя в самой своей сути, в своей основной идее несет собственную гибель.
