В России совершенно нет традиции игровой литературы. «Ёжики», «Поросята» и рассказы Асса-Бегемотова – это серьезная литература. Именно потому, что делается она не всерьез, для радости. Ее хочется цитировать горстями. Она дурашлива и обаятельна.В настоящий сборник юмористических произведений вошел роман известного писателя-юмориста Олега Романова (Нестор Бегемотов) «Импотент», а также повести и рассказы, написанные автором с 1986 по 2004 гг.
За окном бешено мчащегося поезда проносились деревушки, поля, елки и другие деревья. Профессор Крюков заложил ногу на ногу и привалился к теплому стеклу.
Дверь купе со скрипом отворилась, вошел проводник, высокий черноусый красавец с сонным, как у наркомана, взглядом.
– Билетики, пожалуйста, – привычно потребовал он во множественном числе, хотя в купе сидел только один человек.
Профессор Крюков протянул проводнику свой билет и деньги за белье.
– А чего купе-то пустое? – спросил он. – Билетов в кассе нет, а тут три места свободных.
– Бронь, – равнодушно сказал проводник, сворачивая билет и засовывая его в кармашек планшета. – На следующей станции сядут.
Проводник ушел. Профессор Крюков опять глянул в окно. В поезде так хорошо спится, подумал он, надо бы отоспаться за целый год. И Люся советовала…
Профессор Крюков с нежностью вспомнил прощание с женой.
– Вот наше купе! – воскликнула радостная Люся. – Располагайся, Федя!
Профессор Крюков сунул свой большой чемодан под сидение, снял и повесил пиджак на вешалку и присел.
– Присядем перед дорожкой, – сказала жена профессора.
Они посидели молча. Им предстояла разлука на целый месяц, отпуск и путевка были только у Крюкова, а у его жены не было ни отпуска, ни путевки.
– Не хочется мне ехать одному, – сознался профессор. – Я ж там со скуки помру.
– Ты это брось, – сурово сказала Люся. – Отоспишься там, на солнышке погреешься! В теннис будешь играть!
– В теннис играют молодые, – махнул рукой профессор, – а в мои годы с моим ревматизмом…
Мимо окна по перрону прошагала шикарная блондинка. Ее стройные ноги были обтянуты фиолетовыми лосинами, а еле прикрытая юбочкой часть тела ниже спины так и притягивала взгляд.
– А вот это ты брось! – проследив направление взгляда мужа, возмутилась Люся. – В твои годы, с твоим ревматизмом не следует обращать внимание на молоденьких девочек! Ты только посмотри! Напялила черт знает что на свои кривые ноги, задницу выставила на всеобщее обозрение и идет!
– Да я и не смотрю, – вымолвил профессор.
– И не смотри! И в Крыму не смотри! Среди них, знаешь, какие акулы попадаются? Враз сожрут!
– Люсь! Я разве повод давал? У меня ж в институте таких студенток – выше крыши!
– В институте ты на виду. Да и знаешь, к тому же, что студенткам от тебя только отличные оценки нужны, а сам ты им до лампочки!
– Тогда ты и не волнуйся, – резонно заметил он. – В Крыму от меня оценок никто добиваться не будет, никому я там нужен не буду…
– В Крыму эти телки… – начала Люся, но тут по коридору прошел проводник, громко объявляя:
– Провожающим покинуть вагон! Через пять минут отправляемся!
– Ну, счастливо! – деловито обняла мужа Люся и звонко чмокнула в щеку. – Отдыхай!
– Я тебя люблю, – сказал профессор.
– Я тебя тоже. Как приедешь, дай телеграмму! Люся вышла в коридор. Профессор – за ней.
– Не провожай меня, Федя. Лучше из окна мне помаши!
Профессор Крюков вернулся в купе и сел к окну. Краем уха он услышал, как его любимая жена говорит в коридоре проводнику:
– Товарищ проводник, тут в пятом купе едет профессор Крюков, вы уж проследите, чтоб он ни в чем не нуждался, а то эти профессора – они ж, как маленькие дети!
– Отчего ж не проследить, прослежу, – прогудел добродушный голос проводника.
Наконец, Люся появилась на перроне перед окном, и в этот момент поезд дернулся, перрон пополз мимо окна. Поехали!
Профессор Крюков прижался губами к стеклу и долго махал идущей рядом с поездом жене. Поезд набрал скорость, перрон кончился, а профессор все махал и махал…
В коридоре кто-то громко высморкался, и профессор проснулся. «Надо же, – подумал он, – задремать успел!»
Дверь опять отворилась и вошел проводник с той самой блондинкой в фиолетовых лосинах.
– До Тулы в этом купе три места свободны, – сказал он. – Здесь посидишь. Я думаю, профессор не против?
– Ну что вы! – воскликнул Крюков. – Совсем наоборот. Очень рад!
– Ну и отлично, – проводник вышел, а девушка плюхнулась на сидение напротив Крюкова. Профессор недавно читал роман Чейза, так там была такая же блондинка – длинноногая, голубоглазая, с яркими красными губками и тугими полушариями, выглядывающими из глубокого выреза блузки… Профессор спохватился и отвел взгляд.
– Вы чего, настоящий профессор? – с любопытством поинтересовалась блондинка.
– Настоящий, – с гордостью сказал Крюков.
– Меня зовут Настя, – девушка протянула руку. – А вас?
– Федор Иванович Крюков, – представился профессор.
– Федя, значит, – кивнула Настя и спохватилась. – А ничего, если мы будем общаться так, по имени и на «ты»?
– Ничего, – улыбнулся профессор. Непосредственность девушки ему нравилась.
– Федя Крюков – это почти как Фредди Крюгер! Можно я тебя буду Фредди называть?
– На здоровье.
– Вот и отлично! – решила блондинка и, достав красивую пудренницу, начала прихорашиваться перед зеркальцем. – А где ты работаешь?
– Преподаю в институте…