Кайстон приподнялся на локти и посмотрел в темноту. Поезд прогромыхал по мосту, и водворилась тишина. Где-то внизу хрипло попискивала ночная птица, и еще было слышно, как стучит сердце.
– Леддрел, Леддрел, где вы? – вполголоса позвал Кайстон.
Долгое время никто не отвечал, а после до его ушей донесся шорох сползающей справа по насыпи гальки. Кто-то неуверенно передвигался в его направлении.
– Леддрел, это вы?
На фоне черного неба появился силуэт человека. Кряхтя, он опустился и сел рядом с Кайстоном.
– Вы не ушиблись? – спросил Леддрел.
– Нет, а вы?
– Кажется, все в порядке. Хорошо, что насыпь не обложена камнями.
Несколько секунд они молчали.
– Нам засиживаться нельзя, – наконец сказал Кайстон. Экспресс прибудет в Лонгден к половине двенадцатого. Они сразу же обнаружат, что нас нет.
Леддрел потер ладонями колени и выпрямился во весь рост.
– От нас они уже ничего не узнают.
Оба человека, держась за руки, начали спускаться. Они шли боком, а впереди них шуршал ручеек из песка и гравия. Внизу было прохладно и сыро. Ночная птица громко вскрикнула и умолкла. Внизу почему-то еще можно было услышать гул удаляющегося поезда. Издалека донесся протяжный сигнал локомотива.
Они углубились в невысокий колючий кустарник и пошли прямо через него, локтями раздвигая упругие сырые ветки. Впереди виднелась темная стена; наверное, тот самый лес, о котором говорил Леддрел. За лесом – берег моря.
– Как все это случилось? – спросил Леддрел.
В темноте Кайстон пожал плечами.
– Откровенно говоря, я и сам не знаю. Вернее, не знал.
– Но вы предполагали, что такая вещь может произойти?
– В том-то и дело, что нет. Я просто выполнял комплекс экспериментов по программе доктора Сэрга. В этой программе не было никакого смысла. Просто старик хотел посмотреть, как будут вести себя кролики в импульсном поле.
– И вы не знали, для чего все это делалось?
– Нет. Я принимал работу за чистые исследования.
Леддрел тихонько засмеялся. Он всегда смеялся беззвучным, немного искусственным смехом, когда обнаруживал, что кто-то не знает элементарных вещей.
– Вы наивный парень, Кайстон. Кстати, как ваше имя?
– Дуглас.
– Вы очень наивны, Даг. Можно, я буду вас так называть? Какой дурак в наше время платит деньги за «чистые исследования»? Да и бывают ли такие?
– Я думал, что бывают.
– Вы еще очень молоды. Впрочем, продолжайте. Мне очень интересно знать, как это случилось.
Кустарник кончился, и перед ними появились первые деревья – высокие сосны, стоявшие то там, то здесь среди высокой густой травы. После недавно прошедшего дождя почва раскисла и хлюпала под ногами. Несколько минут спустя они углубились в густой сосновый бор. Здесь было суше, пахло смолой и прелыми иглами.
– Вы знаете новый генератор, изготовленный по проекту Висбаха? Обычный импульсник с кодово-временной модуляцией. Гибкий прибор. Единственный недостаток – высокое напряжение питания. Приходилось таскать за собой повышающий трансформатор. Очень неудобно. Тогда я позвонил в техническую часть и попросил, чтобы в мою лабораторию подвели триста восемьдесят вольт. Это было вечером, часов в семь. Появился парень со стремянкой и стал возиться у силового щитка. А я в это время занимался своими кроликами.
– Где вы занимались кроликами?
– В той же комнате. Кролики были с электродами, вделанными в череп. Ну, вы знаете, это обычные опыты…
– Я хотел вас спросить, Даг, как далеко от вас работал монтер?
Кайстон на минуту задумался, вспоминая обстоятельства события, о котором он рассказывал. Наконец он вспомнил:
– Метрах в пяти от меня. Когда я набрал очередную форму сигнала и включил генератор, в комнате почему-то погас свет. Я решил, что монтер выключил рубильник. Я сел и стал ждать. И тут только я обнаружил, что в лаборатории стало очень тихо. Только кролики царапались в своих клетках. Тогда я крикнул: «Эй, парень!»
После этого что-то грузно упало на пол. При свете зажигалки я увидел, что он лежит на полу. «Поражение током!» подумал я и, выскочив в коридор, позвал на помощь. И тогда вошли вы. Остальное вы знаете.
Сосновый бор внезапно кончился, и они услышали шум морского прибоя.
– Вы же идиоты, безнадежные имбецилы, все до одного! – орал полковник, обводя налитыми кровью, выпученными глазами собравшихся в кабинете людей. – Особенно вам, Гроулер, я этого никогда не прощу! Зачем вас сюда направили? Зачем вы здесь торчали? За что получали жалованье? Ваша задача заключалась в том, чтобы наблюдать за всеми. А вы вели себя, как последний кретин. Вы разрешили людям работать в одиночку. Вы не контролировали, чем они занимаются. Вы не читали их записи в журналах. Вместо того чтобы неотлучно сидеть в институте, вы шатались по ресторанам!.. Вы… Впрочем, вам это так не пройдет.
Полковник вышел из-за стола и, пройдя между кресел, остановился возле профессора Сэрга.
– Теперь вы! Объясните мне членораздельно, как могло случиться, что ваши подчиненные получили результат, о котором вы не имеете представления?
