Лидия коснулась ладонью волевого подбородка, сделав неровный вдох, смешанный со стоном. Майкрофт замедлился, преодолевая сильное напряжение. Он видел отголоски боли в ее блестящих глазах и урагана чувств, охвативших мокрое, женское тело.
— Я здесь… — прошептал Холмс, приближая свое лицо.
Их влажные лбы соприкасались, а горячие выдохи сталкивались, создавая обжигающие сферы воздуха.
Он обнимал жену, укрывая своим телом от всех, этих тревог.
Длинное тело мужчины задрожало с громкими, хриплыми стонами, но движения вперед не останавливались. Блондинка почти не дышала, удерживая супруга тонкими руками. Она ощущала его тепло внутри себя, начиная приближаться к краю.
Всхлип. Стон. Удар.
Второй. Третий… Еще…
Лидия выгнулась и раскрыла широко свои глаза. Ее острый, короткий крик прошелся по стенам квартиры, вместе с выдохами облегчения. Женщина повторяла нечто неразборчивое, прижимая голову мужа к своей груди, однако он расслышал, считая громкие удары ее сердца.
«Тебя» — одно простое местоимение без пафосных, банальных речей, которые не могли уместить в себе происходящее между ними.
Окна в комнатах были не зашторены и лучи света от фар, быстро убегали по потолку.
Ночная жизнь Лондона стала фоновым шумом в маленьком мире мужчины и женщины. Они продолжали лежать в объятиях друг друга, разделяя тихое, спокойное море своего счастья.
