Возможно, самые впечатляющие объекты во Вселенной получили от человека наименование, совсем далёкое от поэзии, – чёрные дыры. Автор же данного романа, упоминая о таком объекте, чаще использовал термин, уже вышедший из моды – коллапсар. Однако, коллапсар не является главной сценой развития событий в данном романе, ему здесь посвящены лишь несколько абзацев, хотя и значимых по ходу развития сюжета. Герои же романа – люди, да только живущие весьма далеко. Они находятся на участке Вселенной, где нет даже галактик, и живут они не на планете, а специально созданном для них объекте, на котором исключены почти все естественные беды. Вместе с тем на жителей искусственного объекта возложена и благородная миссия, влияющая на их уклад жизни. В дальнейшем развитие сюжета несколько напоминает тематику, характерную для античных эпических песнопений, закрепляя параллель с которыми, автор анонсирует свою книгу как фантастический роман-рапсодию.
1
Финиш забега по комбинированной дистанции выдался интригующим. Победитель стал непредсказуем уже на крутом подъёме беговой трассы, почти сразу после преодоления лидирующей группой равнинного участка. В результате, сразу три бегуна оказались возле кромки обрыва одновременно. Но полёт на зачётную перину раскрыл их разную подготовку в броске вниз, и на табло сразу появилось имя Агзельда, сильно отстававшего от лидеров с самого начала забега.
Завершались же Главные соревнования юбилейного, тысячного Отсчёта, не совсем традиционно – вместо облёта на скорость очерченного участка Ядра Обитаемого содружества, надо было выиграть воздушный бой на гелиевых подушках. Последние модели крыльев позволяли доставить их обладателя на поверхность невредимым, даже в случае частичного саморазрушения. Поэтому, правила воздушного боя подразумевали вывод из строя именно крыльев противника, вплоть до выявления последнего оставшегося в воздухе участника.
Агзельд, самый высокорослый из финалистов Главных соревнований, отправил парить вниз до самой твердой почвы многих виртуозов подушечного боя, но в воздухе он оставался всё ещё не один. Молодой, неизвестный ему атлет, мгновенно складывал свои крылья, при замахе соперника, и камнем падая вниз, избегал в себя попаданий. Сконцентрированные удары по пустоте забирают много сил, и, в конце концов, Агзельд, в очередной раз промахнувшись, и уже не успев развернуться в воздухе, получил умелый щелчок по правому крылу. Оба его крыла сразу приняли конфигурацию планера, виновато нацелившись на почву, а табло сразу же сообщило о победителе: Эгриме!
Награждение победителей юбилейного Главного соревнования провела сама Княгиня. Кому – то достались подробнейшие телескопы, кому – то эргономичная домашняя утварь, а Эгриме, чемпион в самом престижном состязании, был награждён правом управлять курсом Обитаемого содружества по ближнему космосу десять раз по тысяче мгновений в течение остатка текущего, юбилейного, Отсчёта. Конечно же, все понимали, что определять путь по просторам участка Вселенной, этот юноша будет под жёстким присмотром, но побыть, даже на таких условиях, капитаном искусственного «атома» стоило многого.
Не удивительно, что, до этого мало кому известному, Эгриме, завидовали даже победители в остальных видах соревнований. Счётчики мгновений висели на каждом жилище города, и Агзельд, покинув территорию для соревнований, специально решил постоять на месте, до появления показателя тысячного мгновения. Оказалось, что это совсем не долго – за такое время он не прошёл бы пешком и мимо двадцати жилищ! Остаток же юбилейного, тысячного Отсчёта, то есть времени перелёта их объекта между двумя стандартными звёздными системами, тоже не был громадным. Вряд ли Эгриме сможет растянуть удовольствие реже, чем через десяток своих сновидений.
Сам же Агзельд, награждённый телескопом, как победитель стайерского забега, жил на четвёртом Массиве, добираться до которого с Княжеского Ядра было долговато. Все двенадцать Массивов, то есть обитаемых искусственных малых планет, соединённых с Ядром гибкими коридорами, располагались как электроны в предводородном атоме. Такую конструкцию Обитаемого содружества, в своё время, создал Интеллектуальный Коллапсар – закрытый участок Вселенной, куда можно попасть только за абсолютными знаниями, при обязательном их воплощении в реальность. И вот уже тысячу Отсчётов такой «атом», воссозданный из космического вещества, чинно бороздит пространство, не принимая в расчёт то, что жить на разных его Массивах – это жить в неодинаковых условиях.
Жителей Обитаемого содружества охранял от космического холода плазменный Модуль в форме сильно вытянутого эллипса. Шарообразная конструкция модуля раскаляла бы плазму до опасных значений, а растянутая по длине, – позволяла держать Модуль совсем вблизи, фактически на правах, расположенного за двенадцатым Массивом, спутника. Разумеется, что такая «грелка» Обитаемого содружества не была естественным космическим телом, а представляла собой установку, собиравшую в пространстве сырьё для создания плазмы и генерирующую её излучение к Ядру и Массивам. Ещё при создании, все элементы, включённые в содружество, были зафиксированы между собой энергетическим балансом и балансом гравитаций, поэтому, изменение координат хотя бы одного из них, влекло за собой такое же смещение и остальных тел, включая Ядро и Модуль.
Такая конструкция искусственного космического тела подразумевала его постоянное движение в пространстве для сбора плазменного сырья, используя в качестве двигателя точечный сброс давления плазмы непосредственно в Модуле. Сбор проводился не вслепую, но капитану, выбирающему курс, требовались серьёзные знания о строении Вселенной и свойствах её естественных объектов. В руках капитана лежала и разминовка Обитаемого содружества со встречными метеоритами, не говоря уж о крупных астероидах.
