− Вы уверены? Ее мать прожила вместе со мной несколько месяцев и не было ни единого случая, что бы она попыталась что либо сделать со мной.
− В том все и дело. Они разумны и чрезвычайно хитры.
− Вся хитрость возникает в результате воспитания. Это ребенок. Ребенок, который еще ничего не понимает. Мы сами научим его тому чему хотим и мы увидим что в нем сильнее его разум или звериный инстинкт. Я считаю, что отказавшись от этого мы рискуем куда большим, нежели тем что он может кого-то убить. В конце концов, я согласен взять ее в свою семью. И пусть я буду первым на ее пути, если она начнет убивать. Сейчас мы не имеем права судить ее за то что она может когда-то совершить. Тем более, что она может и не совершить этого.
− Мы приняли во внимание ваши слова и сообщим вам решение позже. − Ответил Председатель.
Марек прожил на станции еще два месяца. Маленький зверек подрос и уже не плохо бегал. Надо было дать ей какое-то имя и у Марека не выходило из головы имя ее матери. Он так и назвал ее.
Космодром был полон людей. Вокруг был шум и гам. Марек прошел все процедуры проверки вместе с маленькой Иной. Теперь ее ждала новая жизнь. Жизнь на планете людей. Среди людей. Государственная Комиссия постановила дать ей разрешение на жительство.
− Марек! Марек! − Послышался звонкий голос и он увидев свою Кори пошел к ней. Они обнялись. − Боже, сколько тебя не было! Я так за тебя боялась! − Воскликнула она.
− Я вернулся, Кори. И теперь на долго. Я больше не полечу в космос.
− Совсем?
− Может, когда нибудь и полечу, но не теперь.
− Это из-за той маленькой людоедки?
− Она не людоедка, Кори. Она совсем маленькая. Пойдем в машину, я тебе ее покажу.
Кори удивилась, и они прошли в машину. Марек положил к себе на колени свою сумку, открыл ее и показал Кори маленький рыжий комочек, который спал, свернувшись клубком на дне сумки.
Марек вытащил Ину, и та запищала, открыв глаза.
− Она совсем маленькая и ее надо кормить молоком. Она будет жить у нас, Кори.
− У нас? Ты шутишь, Марек?!
− Не кричи. Напугаешь ребенка.
− Ребенка чудовища. Марек, ты безумец.
− Все, Кори. Вопрос уже решен. Она будет жить у нас дома. И я буду все время с ней. Помнишь, как ты мечтала, что бы я был дома? Теперь я буду дома.
− И будешь возиться с детенышем людоеда, а не с собственным сыном.
− Я буду с ними обоими. И они станут друзьями.
− Кто? Этот с Лапиком?! Ни за что!
− Перестань, Кори. Я сказал, вопрос уже решен. Это решение Правительства, а ты начинаешь говорить обо всякой ерунде. Она и мясо вовсе не ест еще.
− А когда начнет, она сожрет нашего сына!
− Если ты будешь так говорить, то это так и случится. − Сказал Марек.
− Ты сумасшедший! Я не хочу с тобой говорить! − Кори выскочила из машины и убежала.
− Ох-ох-ох. − произнес Марек. − Намучаемся мы с нею. А, Ина?
Котенок словно среагировал на свое имя махнул лапой, слетел с руки Марека не удержавшись и свалившись на пол заскулил.
− Ну что же ты так. − Проговорил Марек, доставая ее. − Не ушиблась? − Он прижал ее к себе, стал гладить, а она начала торкаться в него мордой, ища сосок.
− Да-да. Вот вырастешь и так же будешь в меня торкаться. − Сказал Марек.
Время летело быстро. Прошли времена, когда за Иной надо было убирать, когда ее надо было кормить из соски. Ей уже было два года и она бегала по дому, как собачонка и повторяла слова людей целыми пачками.
− А мы сегодня ходили гулять в лес. − сказала Ина, подбегая к Кори, вернувшейся домой.
− Ну и как? Никто там на вас не напал?
− На меня лягушка напала. − Сказала она. − Она хотела меня съесть.
− И что вышло?
− Я ее сама съела.
− Кошмар. − Произнесла Кори и пошла наверх к Лапику.
− А почему мама сказала кошмар? − Спросила Ина, подбегая к Мареку.
− Она боится лягушек, поэтому так и сказала. − Ответил Марек.
− А я не боюсь лягушек. И я ее от них защитю.
− Да, Ина. Ты умница. − Ответил Марек и показал ей на свои коленки. Она заскочила к нему, встала на задние лапы, и оперевшись на его грудь перед ними лизнула в лицо.
− Не надо, Ина. − Сказал Марек.
− Почему? − Спросила она.
− Я не хочу. Давай, лучше я тебя поглажу.
Ина легла, и он гладил ее по шерсти.
− А почему мама меня никогда не гладит? − Спросила она.
− Мама гладит Лапика.
− А ты его не гладишь?
− Глажу?
− А почему?
− Все тебе скажи, почему да почему. Почему ты почемучка? И два года тебе всего, а болтаешь словно тебе пять.
− А сколько пять? − Спросила Ина.
− Вот столько. − Ответил Марек, показывая пать пальцев.
Ина посмотрела на них, затем посмотрела на свои пять когтей.
− А почему у меня пальцы не такие? − Спросила она.
− Какие не такие?
− Ну вот такие. У меня такие, а у тебя не такие. У мамы тоже не такие?
− Тоже.
− Почему?
− Потому что ты еще маленькая.
− А когда я стану большая у меня будут такие же?
− Посмотрим, когда вырастешь. − Ответил Марек.
Разговоров было очень много. Марек одновременно описывал все. Давал свои коментарии к тому что делала Ина. У нее просыпался охотничий инстинкт, когда она оказывалась в лесу и случай с лягушкой был ему подтверждением.
С Кори были все те же проблемы. Она лишь делала вид, что она мама для рыжей бестии, как она ее называла за глаза.
