indd полностью

В настоящее время это слово имеет несколько негативный отте­нок. Но Ларо вкладывала п него самый что ни на есть положитель­ный смысл: «Они ведут себя так, словно имеют право удовлетворять собственные предпочтения и вступать в активные диалоги в обще­ственных местах, где они чувствуют себя абсолютно комфортно. Они свободно делятся информацией и требуют внимания… Не­редко дети из среднего класса поворачивают разговор в нужную для удовлетворения своих потребностей сторону». Они разбираются в правилах. «Третьеклассники, принадлежащие к среднему классу, действуют от собственного имени и получают преимущество. Они обращаются с просьбами к учителям и врачам с тем, чтобы из­менить образ их действий ради удовлетворения собственных же­ланий».

В противоположность им дети из бедных семей отличаются «вы­раженной сдержанностью, недоверием и зажатостью». Они не умеют добиваться желаемого и не знают, как — по меткому выражению Ларо — «подогнать» ту или иную ситуацию под свои цели.

В качестве наглядного примера Ларо описывает визит к врачу девятилетнего Алекса Уильямса, сопровождаемого матерью Кристи­ной. Супруги Уильямсы — состоятельные профессионалы.

— Алекс, подумай, какие вопросы ты хочешь задать доктору, — говорит Кристина в машине по дороге к врачу. — Можешь спрашивать все, что захочешь. Не робей. Спрашивай, что нужно.

Алекс на минуту задумывается, а потом отвечает:

— У меня какие-то пупырышки под мышками от дезодо­ранта.

— Правда? От нового дезодоранта?

— Да.

— Скажи об этом доктору.

Мать Алекса, пишет Ларо, знакомит сына с его правом вы­сказываться самостоятельно, несмотря на присутствие в комнате более взрослого и авторитетного человека. Они заходят к доктору, добродушному мужчине 40 с небольшим лет. Он сообщает Алексу, что его рост находится на 95-м процентиле. Алекс тут же пере­спрашивает:

— Мой рост находится на чем?

— Это значит, что ты выше, чем девяносто пять из ста молодых людей десяти лет от роду, — объясняет доктор.

Мне еще нет десяти.

Ну, тебя уже заносят в категорию десятилетних. Тебе девять лет и десять месяцев. Возраст обычно округляют в ближай­шую сторону.

Для Ларо это показательный момент. «Прерывание авторитет­ного человека является проявлением осознания правомочности», — пишет она.

Родители закрывают глаза на то, что ребенок перебивает взрос­лого. Подобная «невоспитанность» компенсируется в их глазах тем, что у ребенка развивается чувство собственной значимости, он осо­знает свое право озвучивать собственные мысли и идеи. Это также характерно для стратегии воспитания в семьях среднего класса. Не­брежность, с которой Алекс поправил доктора («Мне еще нет де­сяти»), — еще одно доказательство того, с какой легкостью ребенок усваивает свои права. Последний сигнал поступает в форме четкого указания, которое Алекс даст доктору, услышав, как тот по телефону консультирует родителей мальчика, поранившего глаз. «Не трогайте мои глаза!» — командует Алекс, полушутя-полусерьезно.

Врач поворачивается к Алексу:

— А сейчас самый важный вопрос. Хочешь что-нибудь спро­сить, прежде чем мы начнем обследование?

— М-м-м… У меня появились какие-то пупырышки, вот здесь (показывает на подмышки).

— Под мышками?

— Ага.

— Хорошо, я взгляну на них, когда буду проводить осмотр. Посмотрю, что это такое и что можно сделать. Они болят или чешутся?

— Нет, просто появились.

— Хорошо, я посмотрю на эти пупырышки.

Каким бы бесхитростным ни был этот диалог, он кардинально отличается от манеры общения, свойственной детям из другого со­циального слоя. Те ведут себя тихо и смиренно, отводят глаза в сторону. Алекс контролирует ситуацию. «Помня о вопросе, кото­рый он подготовил заранее, он добился полного внимания доктора и сосредоточил его на той теме, которую выбрал сам, — пишет Ларо. — Таким образом, ему удалось сместить баланс власти в свою сторону. Смещение прошло гладко. Алекс привык к уважительному отношению к себе. Его считают особенным мальчиком, заслуживаю­щим внимания и интереса взрослых. Это ключевые характерна ики стратегии совместного развития. Во время беседы с врачом Алекс не рисовался, а вел себя так же, как с родителями, — с одинаковой легкостью рассуждал, спорил, шутил».

Очень важно понять, как происходит овладение этим умением. Оно не передается по наследству. Алекс Уильяме не унаследовал уме­ние общаться со взрослыми авторитетными людьми от родителей и бабушек с дедушками. Оно также не зависит от расы. Как выясняется, Алекс Уильяме черный, а Кэти Бриндл белая. Это умение есть куль­турное преимущество. Алекс обладает им потому, что его родители — как и другие образованные родители — обучали его этому умению в детстве, прививали, культивировали, поощряли и объясняли правила игры вплоть до небольшой репетиции в машине по дороге к врачу.