Он схватил ее за руку. Черты лица Алекса смягчились настолько, насколько это возможно для человека, один взгляд которого повергает людей в трепет.
– Конечно же, люблю! Я скучал без тебя.
Притянув Дориану к себе, он поцеловал ее с внезапной поспешностью и нетерпением.
– Я тоже скучала, – шепнула она, отстраняясь. – Жутко там было?
– Бойня. Просто нет слов. А я ничем не мог помешать.
– Тем более мы обязаны осуществить задуманное.
Он с минуту рассматривал ее, словно пытался прочесть ее мысли в пристальном, откровенном взгляде Дорианы.
– Я понимаю, что ты уже сблизилась с американцем; но, надеюсь, не приняла свою задачу слишком близко к сердцу?
– Алекс, да ты ревнуешь! – впервые улыбнулась она.
– Нет, – он запустил пальцы в свои короткие курчавые волосы. – Пока нет. – Алекс вновь взял ее за руку, и они двинулись вперед. Его ястребиный нос, четко обрисованный на фоне бледного неба, напоминал острый, смертоносный клюв. – Ревность подобна ненависти – напрасная трата эмоциональной энергии.
– То же самое можно сказать и о войне.
– В данной ситуации, – проговорил он, имея в виду вторжение в Турцию, – я согласен всей душой. Но от армии нельзя отказываться ни в коем случае. Без нее мы станем слабым, бесполезным народцем. Нельзя допустить порабощения Греции.
– Алекс, не читай мне лекции, особенно в столь ранний час.
– Тебя что-то тревожит. В чем дело?
Дориана изложила возникшие в поезде проблемы.
– Ты поступила правильно. – решительным, невозмутимым тоном бросил Алекс. – Я ведь предупреждал, что Фарнсуорт может доставить немало хлопот. Надо было кого-нибудь отправить вместе с тобой.
– Я и сама неплохо управилась, – улыбнулась она.
– Похоже на то. Тогда проблем нет.
– Это еще не все. По-моему, с Фарнсуортом работали еще двое.
Она рассказала о мужчинах, преследовавших их в Акрополе. Алекс сосредоточенно нахмурился, и глубокая морщина залегла между его бровей. Потом тряхнул головой.
– Похоже, они любители.
– И слава Богу. Я была как на ладони. Я их толком не разглядела, зато Джонс разглядел. – И она постаралась, как могла, описать преследователей.
– Посмотрим, что удастся выяснить. А для вашего грузовика я выделю охрану.
– В этом нет необходимости.
– Пожалуйста, позволь мне самому решать, что необходимо для твоей безопасности. – Алекс с улыбкой взял ее за руку. – Ну, а теперь я хочу изложить, что надумал по поводу Дельф.
Минут пять спустя, когда Дориана уже выехала на улицу, край неба уже окрасился в персиковые и бледно-желтые тона. Предрассветную тишину сменили звуки пробуждающегося города; обитатели лачуг в древнем форуме понемногу выбирались на свет. «Денек предстоит нелегкий», – подумала Дориана.
Инди бежал по Акрополю, размахивая руками и не чуя под собой ног. Дыхание вырывалось из груди бурными, тяжелыми толчками. Сзади доносился топот башмаков по мостовой и пронзающие воздух выкрики. Инди стремительно оглянулся. Вот-вот настигнут, но бежать быстрее нет сил; ноги уже отказываются повиноваться. Паника подкатила под горло холодным комом.
Вдруг один из преследователей рванулся вперед и разбил бутылку рецины о голову Инди. Инди ждал ослепительной, разламывающей череп вспышки боли, но ощутил лишь напряженную вибрацию, эхом прокатившуюся в голове и очень смахивающую на вопль клаксона.
– Инди, проснись!
Он открыл глаза и тут же зажмурился от ослепительно-яркого света.
– О, Боже! – простонал он. Вопль клаксона за окном грохотал в мозгу. – Что за адская музыка?
– Наша машина в Дельфы. Поторопись со сборами. Но сначала выпей это.
Он сел в постели, потирая лицо, и увидел полностью одетую Дориану. Она протянула ему чашечку, чуть больше наперстка, полную кофе – густого, как сироп.
– Надеюсь, без узо?
За обедом они допили рецину, а после еды попробовали еще одно греческое изобретение, ликер, на вкус напомнивший Инди парижское перно. Теперь голова его раскалывалась от последствий смешивания напитков.
– Клянусь, ни капли.
Клаксон снова взвыл; Инди сморщился, но минуты через три уже был одет и готов в дорогу. Сунув руку под кровать за своей сумкой, он никак не мог нашарить ее. Опустившись на четвереньки, Инди заглянул под кровать, обнаружил сумку – и еще что-то. Потянувшись туда, он похлопал ладонью по полу и нащупал ботинок. За ним стоял второй такой же – вроде бы военного образца.
– Инди, давай… – Дориана замерла на пороге. – Что ты делаешь?
– Доставал сумку, и только.
Отбросив ботинок, Инди вопросительно уставился на нее.
– Если тебя смутили ботинки, то они принадлежали сыну экономки. Он погиб в Турции. Жду на улице.
Она повернулась и вышла.
Инди отфутболил ботинок под кровать и сграбастал сумку. Хорошенькое местечко хранить ботинки погибшего солдата! Выйдя на улицу, Инди с изумлением узрел в кузове грузовика двух солдат с винтовками. Забравшись на переднее место рядом с Дорианой, он осведомился, что это значит.
– Охрана.
– А что, будут проблемы?
– Просто на всякий случай.
