Эстер почувствовала, что снова расцветает при упоминании этого имени. Она сказала себе, что должна помнить своего жениха Фостера.
— Я предпочитаю, чтобы ты называл меня Эстер.
— Но ты не Эстер. Ты Индиго. Эстеры — безрадостные, чопорные старухи, которые смотрят свысока на грешников вроде меня. Поверь на слово авторитетному специалисту по женщинам. Индиго — это то, кто ты есть, Индиго — это то, кем ты всегда будешь.
Затем голосом, от которого у нее еще больше перехватило дыхание, он добавил:
— По крайней мере, для меня ты всегда будешь Индиго.
Она не стала спорить.
Затем он спросил:
— Кто сказал тебе, что твои руки навсегда заклеймят тебя рабыней?
Эстер была так рада смене темы, что с радостью ответила.
— Женщина, которая заботилась обо мне в Каролине, где я выросла. Ее звали Дот. Дочь Дот, Элла, была моей лучшей подругой в Каролине. Нам было лет по восемь-девять, и нам только что разрешили работать с чанами во дворе вместе с женщинами постарше…
— Как ты думаешь, наши руки когда-нибудь станут такими же темными, как у моей мамы? — спросила Элла у Эстер. Две девочки стояли над большим чаном с дымящейся сине-черной краской цвета индиго, погрузив свои маленькие ручки по запястья в пахучую краску и выдавливая ее через хлопчатобумажную ткань.
Эстер вытащила руки и осмотрела ладони и тыльную сторону.
— Не знаю. Они уже довольно темные, но совсем не такие, как у твоей мамы или тети Кей.
— Ну, довольно скоро, тебе не кажется? Я имею в виду, что для наших пальцев на ногах не потребовалось много времени. На руках это тоже не займет много времени.
Как и у всех других детей в этом месте, первой работой девочек было помогать размачивать растения индиго ногами, во многом так же, как европейские рабочие обрабатывали виноград для производства вина.
Юная Эстер пожала плечами, услышав оценку Эллы. С тех пор как им разрешили работать с чанами, Элла только и делала, что мечтала о том, чтобы ее руки стали такими же темными, как у ее мамы. День Эллы начинался и заканчивался с ее мамой, Дот. По словам Эллы, Дот была самой умной женщиной в округе. Эстер была вынуждена согласиться: Дот знала все, начиная с того, где найти травы, которые тетя Кей использовала для поддержания здоровья всех в округе, и заканчивая положением Звезды Свободы. Она даже умела читать, и Эстер находила это умение совершенно удивительным, поскольку не знала никого, кто бы еще умел. Элла поделилась с Эстер этой удивительной информацией однажды вечером прошлым летом, когда они лежали бок о бок на своих тюфяках в маленькой хижине, которую семья Дот называла своим домом. Элла заставила Эстер поклясться, что она не расскажет об этом ни единой живой душе, потому что, если владелец, мастер Дилл, когда-нибудь узнает, он точно продаст Дот на юг.
— Элла! — раздался предостерегающий голос Дот. Обе девочки посмотрели через двор.
— Вы с Эстер, прекратите бездельничать и принимайтесь за работу. Нужно многое покрасить, прежде чем Дадли протрубит в свой рог сегодня вечером.
