А увидел я лишь малую часть этого необычного мира под названием Индия. В еще меньшей, наверное, степени я смог разгадать индийцев — его обитателей. Однако книга получилась такой, какой есть: где-то смешной, где-то жестокой, где-то нудной за счет перечисления оттенков проявления бомжацкого образа жизни обитателей этой страны, а где-то — косной, так как передать красоту непальских гор на бумаге трудно даже профессиональному писателю. Я не пытался просеивать факты ни через фильтры политкорректности, ни через призму космополитизма. Все, что мне посчастливилось увидеть — бомжей, трущобы, красоту и нищету — запечатлено в этой книге: слово в слово, факт за фактом. Какими передо мной предстали жители — индусы и непальцы — такими они и изображены в этом травелоге: хитрыми или доброжелательными, безразличными или открытыми. Еще не умерший на момент моего визита Саи Баба, вокзалы и поезда, Тадж-Махал и шри-ланкийкие монахи. Мое месячное преподавание в деревенской школе в Непале, растаманы Гоа, сжигаемые трупы на священной реке Ганга, пешие походы по Гималаям на заоблачные высоты, веселый город Катманду — обо всем прочтет интересующийся читатель.
— Что ты, автор, — возразит какой-нибудь пытливый читатель, изучая индийские реалии по моей книге. — Индия это высокоразвитая держава! Почему у тебя сплошь бомжи да рикши?
Что ж, возражать не буду. Например, среди выпускников самого известного университета Индии, входящего в тройку ведущих мировых технических университетов, Индийского Технологического Института, есть тысячи работников калифорнийской Силиконовой долины, сотрудники консалтинговой компании McKinsey, банковского холдинга Citigroup. Некоторые из них занимаются исследованиями в НАСА, руководят авиакомпанией United Airlines и так далее. Да, это есть. Но, увы, все это скрыто от глаз путешественника.
В мириадах бичей, слоняющихся по индийским мегаполисам, не так-то просто было выискать высокоразвитых представителей. Да и не искал я их, перемещаясь, питаясь, живя, преимущественно, с пролетариатом — простыми индусами и непальцами.
Экс-президент Индии Абдула Калам в своей книге «Ignited Minds: Unleashing the Power Within India» пишет, что в 2020 году страна преодолеет бедность с помощью образования, станет интеллектуальной супердержавой, мировым экспортером талантов и мозгом глобализации. Что ж, обязательно съезжу в Индию после 2020 года.
А пока… Пока Индия — такая, какая она есть. Такая, какую ее увидел я. Такая, какой она запечатлена в этой книге.
Махараджи и слоны, заклинатели змей и болливудские красавицы, соседство буддийской и индуистской культур — все это тоже присутствует в Индии. И найти это не так уж сложно: нужно только постараться.
Автор заранее приносит извинения, если он, описывая увиденное, кого-то обидел. Но любой травелог — это набор субъективных впечатлений. И сделать так, чтобы понравилось всем, в первую очередь, тем, о ком пишешь, — очень непростая задача.
Предназначена она, в первую очередь, моим друзьям и знакомым, которые часто спрашивают: «А как оно там, в Индии? Расскажи…»
Чтобы в тридевятый раз не объяснять «как оно» — я и написал эту книгу.
Первый день в Дели произвел непонятное впечатление. Вроде ничего не видел, а, кажется, видел все. Я не был ни в одном музее, не воспользовался ни одним городским транспортом (кроме автобуса из аэропорта), не купил ни одной вещи (за исключением пищи). Зато я посетил вокзал, где люди лежат вповалку друг на друге, разводят костры прямо на платформе, готовят еду, едят, гадят — и все в одном месте.
Основное ощущение: бомжатник. Утром я шел пешком от вокзала Нового Дели к вокзалу Дели Старого через основные трущобы. Даже посещенные мною в прошлом не особо стерильные мегаполисы (и не самые чистые их районы), такие как, Каир, Гавана, Тегеран, не заставляют встряхнуться ТАК сильно, как индийская столица.
Чего я тут только не видел: дети, одетые в лохмотья, взрослые, больше похожие на бомжей, завернутые в тряпки и дешевые грязные кофты, калеки со сгнившими и искривленными руками, сожженными головами, с отрубленными ногами, протянувшие свои культи в проход. Седые беззубые сгорбленные бабки, с характерными святыми точками на лбу, босые бородатые мужики в грязных серых чалмах, тоже, по-видимому, святые, собаки, которых горожане от скуки наряжают в тряпки, подобные своим собственным одеждам, а бомжи четвероногие потом валяются в лужах. И все это — в огромнейшем количестве. Непонятно кто из всей этой кучи бомж «официальный», т. е. занимающийся попрошайничеством, а кто — бомж «визуальный», простой горожанин, бесцельно проводящий время в созерцании окружающей обстановки. Бомжи тут — почти все. Основная одежда горожан, перемещающихся на четвереньках — тряпье, перемещающихся на двух ногах — бичевские шерстяные кофты и такие же бичевские вязаные шапки, усугубляющие их бомжеватый вид.
