Показательно, что в аккадских текстах наибольшее число упоминаний о торговле с восточными областями, в том числе Мелуххой, которая обычно ассоциируется с районом дельты Инда и соседними с ней областями, падает на периоды III династии Ура (2118–2007 гг. до н. э.) и династии Ларсы. Большой интерес представило открытие на одной из клинописных табличек, датируемой 10–м годом правления царя Ларсы Гунгунума (1923 г. до н. э.), оттиска печати «индского» типа. Все эти данные позволили предположить, что время расцвета индских центров — конец III — начало II тысячелетия до н. э. При раскопках месопотамских городов печати были обнаружены и в слоях касситского периода, что свидетельствует о продолжении контактов и в эту эпоху.
Когда на помощь ученым пришел карбонный метод исследования, появилась возможность с известной точностью определить возраст анализируемых слоев. В Кот-Диджи начало предхараппского поселения обычно датируется 3155–2590 или 2700–2600 гг. до н. э., а средние слои — 2400–2300 гг. до н. э.[220] Более позднее время указывается для ряда других поселений. Что касается хронологии уже развитой хараппской культуры, то в Калибангане ее слои определяются 2165–1955 гг. до н. э. и 2135–1925 гг. до н. э., в Лотхале — 2120–1870 гг. до н. э. и 2125–1895 гг. до н. э. Производивший раскопки в Лотхале С.Р.Рао предлагает, однако, иную дату — 2450–1600 гг. до н. э., что вызывает несогласие сторонников «краткой» хронологической схемы[221]. Дж. П.Джоши, руководитель исследований в Суркотаде, датирует хараппский период в городе 2300–1750 гг. до н. э. (начальный этап несколько раньше)[222].
Таким образом, «период развитой Хараппы» обычно датируется 2200–2100 гг. до н. э., что позволяет перенести ее начальные этапы на несколько столетий назад — условно к 2500–2400 гг. до н. э., а по мнению Д.П.Агравала и Дж. Дейлса — к 2300 г. до н. э.[223] Применительно к центральным областям Д.П.Агравал называет 2350–2000 гг. до н. э., а к провинциальным районам — 2200–1700 гг. до н. э.[224] Карбонный метод, таким образом, заставил ученых «омолодить» хараппскую культуру и сократить по сравнению с хронологическими рамками Дж. Маршалла продолжительность ее истории. Но в последние годы «карбонные даты» были проверены с помощью дендрохронологии, и полученные сведения как бы вновь возвращают ученых к старым (т. е. к более удревненным) датировкам[225]. Так, хараппские слои в Суркотаде относят к 2100–1650 гг.[226], а по «уточненной схеме» — к 2480(2300)-2130(2020) гг.[227], в Мохенджо-Даро — к 2400(2300)–2000–2590–2160 гг. Особенно трудно установить хронологию заключительных этапов жизни хараппских городов, поскольку кризис в них начался и развивался не одновременно. Лучше всего верхний рубеж определяется в Хараппе и Мохенджо-Даро. Здесь обнаружены сегментированные фаянсовые бусы, спектральный анализ которых показал их идентичность с бусами из Кносса (Крит), относящимися к XVI в. до н. э.[228] Поэтому экземпляры из Хараппы и верхние слои самого поселения также датировались примерно XVI в. до н. э. Этой датировки придерживались М.Уилер, С.Пиготт, Д.Гордон, Э.Маккей и др. В настоящее время приводятся более ранние, чем было принято, даты для поздних хараппских слоев в Мохенджо-Даро — примерно XVIII в. до н. э. (1760 ± 115 гг. до н. э.)[229], хотя «уточненная схема» «приближает» их к середине II тысячелетия до н. э.
Исследования в Лотхале показали, что здесь не позднее XVII в. до н. э. культура теряет типично хараппские черты[230]. Конец ее в Калибангане Д.П.Агравал относит к 1880 (± 50) г. до н. э., а Б.Б.Лал — примерно к 2000 г. до н. э. Мы не имеем точных данных карбонного анализа о времени упадка самой Хараппы, но можно полагать, что это произошло не позднее XVII–XVI вв. до н. э.[231] Новые датировки, несомненно, требуют подтверждений, но уже сейчас ясно, что старые схемы нуждаются в корректировке.
