Всеобщий потрясенный вздох стал ответом на это ошеломляющее сообщение. Не только набобы, но и ставленники директората пришли в неописуемое волнение.
— Почему его не остановит царь? — вопрошали самый тупые.
Им не стали объяснять, что, для того чтобы остановить, нужно сперва догнать. Настоящие профессионалы заострили внимание на другом.
— Зачем вы только вывезли весь рис из Бенгалии⁈ — патетично вскричал Ноу-даймондз, потрясая длинной гривой из сальных светлых волос. — Туда снова придет голод, а где голод, там всегда бунты! Вы унавозили почву для вторжения интревентов.
— Мистер Седли, — вздохнул премьер. — Два неурожайных года доконали Англию. Какой у меня был выбор?
— Теперь я понимаю вашу настойчивость в проталкивании этого дурацкого мирного договора с французами, — задумчиво промолвил кто-то из «государственников».
По правде говоря, премьер во время переговоров с первым консулом Бонапартом индийские дела в расчет не принимал — хватало других забот, вроде статуса Мальты или Египта. Но спорить он не стал: пусть думают, что хотят, лишь бы на общую пользу. Сэр Генри опасался возможных споров этих старых противников, умудрившихся за сорок лет изрядно надоесть друг другу вплоть до дуэлей и публичных оскорблений через прессу. Их единодушие его порадовало.
— Важность Ост-Индской компании настолько возросла для Англии, что ее крушение сейчас будет банкротством для всей страны, — премьер был категоричен. — Последствия обрушения одного из столпов финансового рынка будут даже сильнее, чем завоевание Египта французами, что мы, к счастью, предотвратили.
— Постойте! — возбужденно воскликнул Седли. — Вы допускаете, что все может зайти так далеко⁈ До потери наших индийских владений⁈ Или вы говорите только о падении акций Ост-Индской компании, которое может вызвать ее банкротство, как случилось с Компанией Южных морей?
— Я говорю обо всем! Мы должны быть готовы к любому исходу!
Всеобщие возгласы одобрения и поддержки заполнили пространство Палаты королевы. Фракционная вражда была выброшена на помойку в одночасье.
— Джентльмены! — угомонил разошедшихся членов Парламента сэр Генри. — Вы понимаете, что одно дело — это протолкнуть займ для Ост-Индской компании, и совсем другое — отправить в Индию войска и королевский флот? Если первое мы соединенными усилиями с легкостью обеспечим, то второе будет означать, что никакой новой войны с Францией мы себе позволить не сможем.
— В Индийском океане с апреля по сентябрь дуют юго-западные ветра, с октября по март — северо-восточные, — задумчиво произнес Ноу-даймондз и добавил, как о деле решенном. — В Индию надо отправляться весной, выбора нет, нужно поспешать.
Такой мистер Джоз — целеустремленный, решительный, неконфликтный — нравился премьеру гораздо больше. Быть может, этот мужлан звезд с неба не хватал, и ему не помешало бы чаще посещать парикмахера, но сэру Генри уже было понятно: набобы тряхнут мошной и начнут раздавать взятки направо и налево, чтобы добиться нужного им решения.
«На войне все средства хороши!» — успокоил свою совесть 1-й маркиз Сидмут.
Сухой сезон подходил к концу — город заждался проливных дождей, которые смыли бы накопившуюся грязь и отбросы. Но пока на улицах Калькутты лилась одна лишь кровь — густая, начинавшая быстро смердеть, привлекающая миллионы мух. Белый город стремительно превращался в Черный, архитектурные изыски особняков нуворишей-индусов уже не спасали положения. Там, где стоит огромная армия, всегда цивилизация уступает напору варварства — особенно, если она состоит из таких пофигистов, как индийцы. Вопиющая антисанитария наступала быстрее фашистов под Сталинградом в 1942-м.
Пролившийся кратковременный дождь скорее не смыл в реку всю дрянь, а размазал ее по улицам. Но Хугли засмердела, оживились змеи, и белые аисты, вечная палочка-выручалочка Калькутты, приступили к своей работе речных чистильщиков от ползучих гадов. А мы решили им помочь, только куда более решительно: вниз по течению реки поплыл гигантский корабль из сцепленных между собой канатами и цепями речных судов всех видов и размеров. При прохождении старого форта, он загорелся. На траверсе цитадели вовсю запылал — своим мощным брандером мы хотели выжечь с реки всю английскую нечисть.
К чести «лаймиз», они не задарма получали свой ежедневный ром с лимонным соком — вовремя заметив опасность, фрегат и шлюпы подняли якоря и на малом ходу, в окружении множества торговых кораблей, устремились в сторону моря. Через пару миль река делала крутой поворот — моряки не без оснований рассчитывали, что брандер там застрянет.
