Индонезия — страна древней культуры.
В ее богатом фольклоре самобытные элементы причудливо переплетаются с мотивами и сюжетами, занесенными на острова многочисленными пришельцами из разных стран. Тесный контакт с Индией оказал очень большое влияние на фольклор и на древний эпос Индонезии.
Индийский эпос «Махабхарата» хорошо известен в Индонезии. По велению яванского раджи Дхармавангсы он был переведен на древний яванский язык еще в 1000 году. Влияние его на средневековую яванскую, а впоследствии и на индонезийскую литературу огромно.
Такие эпические произведения индонезийского фольклора, как «Санг Бома» и «Пандава Лима», написаны, несомненно, по мотивам «Махабхараты».
Народные кукольные представления, популярные среди жителей Индонезии, зачастую целиком построены на сюжетах, заимствованных из «Махабхараты».
Еще большей известностью в стране пользуется индийский эпос «Рамаяна», который по существу давно уже стал достоянием индонезийского фольклора. Предполагают, что впервые это произведение было переведено на древний яванский язык писателем Йогисвара в 925 году. В дальнейшем, в процессе многократных пересказов содержание «Рамаяны» изменялось и обрастало новыми подробностями: нравы и обычаи страны, отдельные исторические события получили отражение в индонезийском варианте этого произведения, известного под названием «Сери Рама».
Арабские и персидские сказки, с давних пор хорошо известные индонезийцам, также наложили свой отпечаток на легенды и сказания, передаваемые из поколения в поколение жителями многих островов страны.
Китайские мореплаватели и поселенцы занесли сюда немало чудесных сказок, которые уже в своей трактовке и поныне рассказывают яванцы.
Во многих районах страны все еще живы легенды и поверья, сохранившиеся со времен глубокой древности и дошедшие до нас без малейших изменений. Такова, например, легенда о сотворении мира, широко распространенная среди жителей Суматры.
Вот что рассказывает эта легенда. Бог Батара Гуру создал сушу, бросив горсть земли своей дочери, прыгнувшей из заоблачных высот в морскую пучину. Оказавшись на поверхности воды, земля стала увеличиваться в размерах и вскоре загородила свет громадному морскому змею — Нага Падоха. Тот, обозлившись, подтолкнул сушу снизу, и она поплыла, качаясь на волнах. Когда Батара Гуру увидел, что произошло, он послал на землю героя, который, одолев змея, заковал его в цепи. Нага Падоха отчаянно вырывался, и от этого образовались горы и долины. Даже теперь, когда змей ворочается, происходят землетрясения.
Очень своеобразна легенда о землетрясениях, распространенная среди народности минангкабау. Земля держится на рогах огромной буйволицы. Всевышний велел ей нести это бремя до тех пор, пока с лица земли не исчезнет последний человек. Время от времени буйволица мотает головой, пытаясь взглянуть на землю и проверить, есть ли еще там кто-нибудь. От этого происходит землетрясение, и тогда люди начинают бить в гонги и кричать: «Мы еще живем здесь, мы еще живем!».
Глубоко поэтична легенда о лунных затмениях, распространенная на острове Целебес.
Вечер полюбил Луну и задумал жениться на ней, но она ему отказала — очень уж у него черное лицо. Вечер обиделся и затаил на Луну злобу.
Солнце, узнав о том, что красавица Луна отказала Вечеру, сделало ей тотчас же предложение, которое Луна благосклонно приняла. Вскоре они поженились. И вот как-то раз, когда Солнце прогуливалось по небесам, на него неожиданно напал Вечер. «Отпусти меня! — взмолилось Солнце. — Отпусти! Что станет с моей женой, если я не вернусь?».
Услышав рыдания Солнца, Вечер сжалился над ним и согласился отпустить его, но взял с него обещание никогда не бывать подолгу вместе с Луной.
С тех пор, когда Солнце с Луной встречаются и наступает затмение, люди на земле начинают кричать и бить в гонги, чтобы напомнить Солнцу о его обещании.
А вот старинное яванское предание. Как-то раз крестьянин по имени Агенг Села работал на своем поле. Неожиданно разразилась гроза, и появился Гром, задумавший убить крестьянина. Но тот ловко поймал своего врага и отнес его в большую мечеть, где Гром был посажен под замок. Вскоре пришла старуха, жена Грома, и стала умолять крестьянина выпустить мужа на волю. Агенг Села согласился, но с одним условием: Гром никогда не будет трогать его потомков. И теперь, когда раздаются раскаты грома, жители яванских деревень обычно восклицают: «Осторожнее! Я — внук Агенга Села». Гром вспоминает о своем обещании и тотчас же уходит, никому не причинив вреда.
Среди даяков на острове Борнео большой любовью пользуется легендарный герой Клиенг, который, как гласит предание, умеет легко перевоплощаться в кого угодно и во что угодно. «Кана» — песни о его подвигах и приключениях — нескончаемы, и даяки готовы слушать их дни и ночи напролет.
