Девушка не носила практически никаких украшений, и вообще ничего лишнего, только в мочках ушей поблескивали бриллианты, ввинченные в центр маленьких сережек из белого золота, подаренных Алексом.
Луиза была стройной, даже казалась худощавой из-за узких мальчишеских бедер. За исключением этой особенности, сложена она была очень правильно: ягодицы соблазнительно выпирали под плотно прилегающими брюками и останавливали на себе взгляд, когда она шла, ступая мягко и не спеша. Небольшая грудь полумесяцами круглилась под майкой, высоко сжатая лифом и слегка видимая в месте схождения над глубоким округлым вырезом. Она запахивала короткую джинсовку, когда кто-то смотрел на нее. На аккуратных ножках – тряпичные летние туфельки без каблуков.
Взгляд Луизы чаще всего выражал любопытство, но любопытство не глупое, а стремившееся вникнуть в суть вещей или понять собеседника. От этого казалось, что ее милые глаза обладают некой таинственной силой. Еще она пленительно улыбалась. При искренней улыбке, обнажавшей белоснежные зубы, два из которых были повернуты чуть боком к зрителю вследствие не исправленного в детстве дефекта, на правой щеке появлялась ямочка. Все это дополняло образ пусть и не идеальной красотки, но привлекательной молодой женщины, едва освоившей свою гендерную роль и наливавшейся соками жизни.
Пока герои пьют кофе, перебрасываясь малозначительными фразами, попробуем разузнать о них чуть больше. Познакомились они на даче одного общего знакомого, где тот праздновал свой день рождения. Алексу было тогда тридцать четыре, год назад он развелся и наслаждался одиночеством, разбавляемым визитами к элитным куртизанкам и ночами с эскортницами, благо мог себе позволить платить за свободную любовь. В браке у него родились двое детей, мальчик (Артем) и девочка (Даша), и он старался навещать их по крайней мере раз в две недели, а иногда забирал к себе или увозил за город на выходные. Любил их сильно, но после утомительного бракоразводного процесса бывшая отсудила значительные алименты, Алексу же была свойственна некая скупая настороженность в денежных вопросах, что легло сероватой тенью на отношения с детьми, и со временем любовь его постепенно потускнела, он думал об отпрысках все меньше и меньше.
