Лиза умоляюще оглянулась на Андрея, но тот лишь развел руками, показывая, что деваться некуда. Рик, вопреки опасениям, строптивость проявлять не стал, расположился там, где указали, и уставился в огонь.
— Хорошо, — сказал шаман и отхлебнул из бутылки.
Илья завистливо сглотнул.
Виски старик выплюнул в пламя, и Андрею почудилось, что то на мгновение изменило цвет, стало зеленоватым. Старик отхлебнул ещё, довольно крякнул и затряс посохом так, что погремушка загромыхала вовсю.
Посмотреть на обряд выбрались все обитатели спорткомплекса, встали кучей поодаль, словно опасались чего-то.
— Пламя, взвейся! — заорал старик так, что Андрей невольно вздрогнул. — Огонь-огонь-огонь!
Продолжая вопить нечто уже совершенно невнятное, шаман затанцевал вокруг костра, размахивая бутылкой и посохом. Задергались полы цветастого одеяния, на лысине выступили бисеринки пота, выцветшие глаза заполнило безумие.
— Ну, почти как в том кино… — прошептал Илья. — «Экзорцист», что ли?
Отхлебывать виски старик не забывал, часть выплевывал в костер, но остальное проглатывал. Неудивительно, что его качало сильнее и сильнее, а движения становились все более дергаными.
— Вихри, вейте! — с этим возгласом он подпрыгнул в воздух так высоко, что балахон задрался и стали видны грязные пятки, а приземлившись, с трудом удержал равновесие. — Ветер-ветер-ветер!
Лиза беспокойно завозилась.
Шаман отшвырнул пустую бутылку, протянул руку в сторону, и тут же подбежавший паренек вложил в неё полную, на этот раз с коньяком «Мартель». Последовал новый глоток, и старик затанцевал дальше, издавая вопли, достойные ужаленного бабуина.
Пламя в костре опять поменяло цвет, сделавшись ярко-синим, и у Андрея закружилась голова. Возникло желание отодвинуться от огня, подальше от дыма, жара, запаха горелых специй.
На миг потерялся, а когда пришёл в себя, старик был рядом, водил по воздуху кончиком посоха. Очертив некую фигуру, он расхохотался, причем его хохот подхватили толпившиеся у входа в спорткомплекс члены племени, и вторая бутылка, столь же пустая, отправилась в полет вслед за первой.
— Вот дряхлый алкоголик, блин, — пробормотал Илья.
Шаман завопил что-то о воде, затем упомянул «твердь земную», и подо все это употребил литровину «Мартини». Когда обогнул костер ещё раз, в руках у него непонятно откуда появились четыре браслета из проволоки, унизанных всяческой ерундой вроде пуговиц, бижутерии и маленьких игрушек, что вкладывают в макдоналдсовские коробки.
— Сделано! — объявил он, тяжело дыша, и толпа разразилась ликующими криками.
Старик подошёл к Андрею, поднял его руку и надел на неё браслет, а потом ещё и сдавил так, чтобы тот получше облек запястье. Ту же операцию он проделал и с остальными гостями, после чего задрал балахон и безо всякого стеснения помочился в угасающий костер.
Лиза отвернулась, Илья загоготал, Рик недовольно зашипел.
— Помогает отгонять злых духов, — сообщил шаман. — Ну, все, теперь амулеты должны прижиться, и лучше для этого вам до утра остаться под моим присмотром.
— А если не приживутся? — спросил Андрей, рассматривая поделку, украсившую его запястье.
Медная проволока в три жилы, и на ней всякая ерунда, что царапает кожу. Раздражает и мешает — и вот эта безделушка должна защищать от «духов» и «демонов» из преисподней?
— Тогда будет очень больно, очень плохо, — старик протянул руку. — Давай плату.
«Беретту» Андрей отдал без жалости: хоть и досталась она нелегко, так ни разу и не пустил её в ход.
— Ты и вправду хочешь остаться? — спросила Лиза вполголоса, когда довольный шаман отошел.
— Не хочу, но придется. Я не верю в чародейство, но оно, похоже, верит в меня.
— Э, а может, срулим по-тихому, типа чики-пуки, и все дела? — предложил Илья, оглядываясь в ту сторону, откуда ему зазывно улыбалась монументальная дамочка. — А то эта тетка меня живьем сожрёт.
— Не сожрёт, — сказал Андрей. — Кожу сдерет, но только с одного места.
Но вопрос, идти или оставаться, отпал сам собой, поскольку едва зашли в комплекс, снаружи поднялся туман, так что из виду скрылись даже расположенные по соседству дома. Бритоголовый выругался по матушке и первым побрел к раздевалке, где остались их рюкзаки.
— Помещайтесь у меня, — предложил шаман. — Тут вам будет не так плохо…
Места в его закутке хватило бы и на десятерых, но проблема заключалась в том, что от «племени» их отделяла только стойка, а она была не особенно высока, не фильтровала ни шум, ни вонь.
Они поели, и Рик отправился изучать «стойбище», причем Лиза даже не попыталась его удержать — понимала, что бесполезно. Когда мальчишка отошел достаточно далеко, Андрей повернулся к шаману, что возился с «береттой», сидя на матрасе:
— А вы ничего странного не увидели в этом пацане?
Старик поднял голову:
— Увидел, да… Но что за духи ведут его за руку через этот мир, я понять не смог… Какие ветра наполняют его душу, не рассмотрел, она будто скрыта черным клубящимся облаком…
