И дальше он понес белиберду, какую сумел бы понять разве что психиатр или специалист по экзотическим религиям — что-то о «форме, что стала плотью», о светочах во мгле и о том, что «ходящие по тверди низвергнуты будут». Остановился на полуслове и вернулся к пистолету, с которым, надо признать, обращался достаточно умело.
— Опять эти твои подозрения! — сказала Лиза сердито. — Ты никак не можешь оставить мальчика в покое!
— Это не просто мальчик… — попробовал возражать Андрей, но девушка уже закусила удила, и её было не остановить.
— Ты ничего не понимаешь, ты просто ревнуешь! — выпалила она и отвернулась.
Так надулась, что до самой ночи больше не проронила ни слова, расстелила свой спальник и улеглась на него. За Ильей явилась знойная «поклонница» бегемотовых габаритов, и он все же потащился за ней, хотя ругался так, что покраснел бы даже видавший виды боцман.
Андрей использовал свободное время для того, чтобы починить одежду и обувь.
Племя продолжало жить обычной жизнью — жарили мясо на кострах, дрались, ласкались, дряхлая бабка обучала чему-то ребятишек, из тумана возвращались охотники, притаскивали окровавленную добычу или упаковки магазинных продуктов.
Постепенно сгустилась тьма, костров стало больше, и даже шаман уковылял к одному из них. Вернулся Илья, помятый, заморенный и довольный, и, улегшись, тут же захрапел. Вслед за ним пришёл Рик, невозмутимый, как обычно, и Лиза захлопотала вокруг него.
Андрей подумал, что неплохо бы ночью посторожить — что старик может захотеть и прочее «огненное оружие» и для этого напасть на спящих, но мысль явилась и ушла, а усталость, накопившаяся за последние дни, накатила с такой мощью, что сопротивляться ей сил не нашлось.
Засыпая, услышал, как «дикари» начали петь…
Нестройный хор, тянувший нечто монотонное, раздавался и во дворе замка, где оказался Андрей. Справа и слева поднимались серые стены с зубцами, он видел щели между блоками, из которых они были сложены, а прямо впереди были ворота — арочный проем, опущенная решетка.
Звук исходил вроде бы из-за спины, но обернуться почему-то не получилось, а в следующий момент в воротах появилось облако мрака, увенчанное золотой короной, и её блеск уколол глаза.
Андрей зажмурился, отступил на шаг.
Он ожидал, что с ним заговорят, попробуют запугать или пообещают что-нибудь, как раньше. Но клуб тьмы, все время слегка менявший форму, молчал и не двигался с места, чувствовалось его внимание, направленное на человека, но не враждебное, а словно насмешливое.
У Андрея возникло желание кинуться на это существо с кулаками, как следует врезать пониже золотой короны, и он даже сделал шаг, когда все вокруг заколыхалось, картинка из реальности превратилась в рисунок на гобелене.
По нему прошла косая трещина, раздался громкий треск, и из-за замка, стен и ворот выступил другой пейзаж — огромное озеро с заросшими лесом берегами, остров с дворцом посредине и плывущая барка.
На её носу стояла высокая женщина в длинном платье, и руки её были подняты.
Андрею показалось, что это та самая барышня, что вручила ему меч в одном из видений несколько недель назад, но точно разглядеть он не смог, поскольку проснулся. Обнаружил, что светло, за стойкой раздевалки кто-то смачно храпит, а шаман сидит на матрасе и глядит перед собой неподвижными глазами.
Услышав, что Соловьев зашевелился, он моргнул, и взгляд его стал осмысленным.
— Сознание вернулось к тебе… — сказал старик. — Могучий дух, сеющий смерть, ночью подходил к нашему убежищу, и сторожившие мужчины ощущали трепет его холодной тени, но мои заклинания отогнали его, и теперь он бродит вокруг… Амулеты же прижились хорошо, и сила тех демонов, что посмеют вредить вам, будет умалена и скована…
Тут Андрей обнаружил, что браслет, ещё вчера такой неудобный, теперь не мешает и вообще почти не заметен.
— Да уж, спасибо, — пробормотал он. — А что насчет тьмы… Эй, не спи!
Но шаман вновь замер, как статуя, уставился перед собой, и глаза его стали напоминать стеклянные шарики. Не вышел он из этого состояния и когда проснулся Илья, когда поднялась Лиза и разбудили Рика.
Только успели собраться, как через стойку перегнулся седоватый предводитель.
— Идти? — спросил он.
— Да, — сказал Андрей.
— Наша еда? Наши женщины? — настойчиво поинтересовался глава племени.
— Спасибо, очень хорошие, но не надо.
Такой ответ предводителя удовлетворил, он кивнул и завертел башкой, показывая, что готов проводить гостей. Прошагали через вестибюль, полный просыпавшихся и ещё спавших людей, и только когда оказались на улице, Андрей понял, какой жуткий смрад царил в спорткомплексе.
Над Москвой ярко светило солнце, ничто не напоминало о вчерашнем тумане.
— Провожать! — рыкнул предводитель, к которому присоединились двое мужчин, и они зашагали в сторону Профсоюзной.
Рядом с недостроенным зданием, где ещё вчера ничего не было, обнаружили рощу «секвой», при виде которой «дикари» принялись шипеть и плеваться. В тени крайнего дерева Андрей заметил мертвую «собаку», что лежала, выпучив глаза и распахнув слюнявую пасть.
— Пожалуй, дальше мы сами, — сказал он.
