Лэнгдон сбросил пропитанный кровью больничный халат и обернул полотенце вокруг своей талии. Ополоснув водой лицо, он осторожно коснулся швов на затылке. Кожа была воспаленной, но когда он пригладил спутанные волосы в этом месте, рана почти исчезла. Таблетки кофеина подействовали, и он наконец почувствовал, что туман начал рассеиваться.
Думай, Роберт. Попытайся вспомнить.
Ванная без окон внезапно показалась замкнутой, и Лэнгдон отступил в коридор, двигаясь инстинктивно к полоске естественного света, которая проникала в коридор сквозь частично открытую дверь. Комната была своего рода импровизированным кабинетом, с дешевым столом, потертым вращающимся стулом, разными книгами на полу, и, к счастью … с окном.
Лэнгдон двинулся к дневному свету.
Восходящее вдали тосканское солнце едва начинало касаться самых высоких шпилей пробуждавшегося города - колоколен, Аббатства, Барджелло. Лэнгдон прижался лбом к прохладному стеклу. Мартовский воздух был свежим и холодным, он подчёркивал весь спектр солнечного света, который теперь уже показался из-за холмов.
Освещение для живописи, что называется.
Посреди горизонта возвышался величественный купол, крытый красной черепицей, его верхушка была украшена позолоченным медным шаром, сверкавшим подобно маяку. Домский собор. Брунеллески вошёл в историю архитектуры, спроектировав массивный купол базилики, и теперь, через пять с лишним сотен лет, эта конструкция высотой 115 метров продолжает стоять непоколебимым гигантом на Домской площади.
C чего это я оказался во Флоренции?
Для Лэнгдона, которого всегда влекло итальянское искусство, Флоренция давно стала одним из любимейших мест в Европе, куда он стремился. Это был город, на улицах которого ребенком играл Микеланджело, и в студиях которого зажёгся огонь итальянского Возрождения. Это была та самая Флоренция, галереи которой манили миллионы туристов посмотреть с восхищением на “Рождение Венеры” Боттичелли, “Благовещение” Леонардо и на предмет гордости и радости горожан - статую Давида.
Лэнгдон был заворожён “Давидом” Микеланджело ещё когда впервые увидел его подростком… тогда он зашёл в Академию изящных искусств… медленно продвигаясь через группу неотесанных микеланжеловских Приджони… и тут почувствовал, что его взгляд неотвратимо потянуло вверх, к этому пятиметровому шедевру. Большинство новых посетителей поражали величественные размеры Давида и его выраженная мускулатура, однако, Лэнгдон более всего пленительным находил гениально выбранную позу Давида. Микеланджело применил классический приём контрапоста - для создания иллюзии, что Давид наклоняется вправо и его левая нога почти невесома, в то время как на самом деле его левая нога удерживает тонны мрамора.
Статуя Давида пробудила в Лэнгдоне первое искреннее восхищение мощью этой великой скульптуры. Теперь Лэнгдона интересовало, не посещал ли он этот шедевр в последние несколько дней, но единственное воспоминание, которое он мог у себя вызвать, было о том, как он проснулся в больнице и увидел, что у него на глазах убивают ни в чём не повинного врача. Как жалко. Очень жалко.
Вина, которую он чувствовал, вызывала отвращение. Что я совершил?
Стоя у окна, боковым зрением он мельком увидел ноутбук на столе около себя. Что бы ни случилось с Лэнгдоном вчера вечером, он внезапно понял, что это может появиться в новостях.
Если у меня будет доступ к Интернету, я смогу найти ответы.
Лэнгдон повернулся к двери и позвал: - Сиенна?!
Тишина. Она всё ещё была в квартире соседа и искала одежду.
Не сомневаясь в том, что Сиенна поймет вторжение, Лэнгдон открыл ноутбук и включил его.
Экран домашнего компьютера Сиенны замерцал — стандартный Windows с голубым фоном. Лэнгдон немедленно зашел на поисковую страницу Гугл Италия и ввел словосочетание Роберт Лэнгдон.
Если бы мои студенты увидели меня сейчас, подумал он, начиная поиск. Лэнгдон все время предостерегал своих студентов от поиска в Гугле самих себя — новое экстравагантное времяпрепровождение, которое отражало навязчивую идею стать знаменитостью, которой теперь, казалось, обзавелась американская молодежь.
Открылась страница с результатами поиска — сотни ссылок, имеющих отношение к Лэнгдону, его книгам и лекциям. Совсем не то, что я ищу.
Лэнгдон ограничил поиск, выбирая раздел новостей.
Появилась другая страница: Новые результаты по запросу “Роберт Лэнгдон.”
Роберт Лэнгдон выступил с презентацией новой книги…
Роберт Лэнгдон получил ученую степень в….
Роберт Лэнгдон публикует книгу по символогии для начинающих…
Список был длиной в семь страниц, однако, каких-либо недавних ссылок Лэнгдон не увидел - явно ничего такого, что объяснило бы его нынешнее сложное положение. Что произошло вчера вечером? Лэнгдон настойчиво продолжал поиск и вышел на сайт “Флорентийской газеты”, выходящей на английском во Флоренции. Он просмотрел заголовки, разделы экстренных новостей и полицейские сводки, где попадались статьи о домашних пожарах, о скандалах с правительственными растратами и о всевозможных мелких преступлениях.
Совсем ничего?!
