– Как-как… Например, в виде макарон с котлетой. Макароны делают из муки, в котлеты тоже ее добавляют, еще и с хлебом все это часто едят. Каши тоже производят из дешевого зерна. Ну а с картошкой и так все понятно. Мы ее всего-то лет триста едим, но у любого спроси и тебе обязательно ответят, что это наше традиционное блюдо. Бесполезный корнеплод это! Людей кормят, как скот, просто придумали красивые рецепты, чтобы никто не догадался, – очень увлеченно поведала Хель. – Кстати, сейчас трапеза будет. Пойдемте поближе, поглядим, да и очередь займем.
– Давай ты сбегаешь, а мы пока тут еще посидим, – ответил Миша.
– О’кей!
Хель быстро скрылась в толпе, перемещаясь короткими шажками. Танцующих становилось все меньше, и они потихоньку начали выстраиваться в очередь, предвкушая получение угощений.
– Смотри, что тут сейчас будет происходить. Подходишь с тарелкой и набираешь себе еду, а в конце оставляешь пожертвование, у кого сколько есть. Можно ничего не оставлять, все на твоей совести.
– А ты сколько обычно даешь, Миш?
– Нисколько! – Миша захохотал и поднялся с пола. – Ты пойдешь?
– Нет. Пожалуй, тут посижу.
– Ладно, уговаривать не буду. Кстати, я заметил, как ты на Риту засматривался.
– Это еще кто?
– Танцевавшая девушка. Не вижу ее сейчас, но ты понял, о ком я. Она довольно известная гуру в некоторых кругах, – ответил Миша.
– А-а-а, да. Согласен, довольно эффектная девушка. Чем же она известна?
– Да так. Она просто поехавшая немного, всякой ерундой занимается. Нечасто на людях появляется. Как бы это кратко описать… В общем, что-то типа личного духовного наставника. Учит людей, как жить, наставляет на путь истинный. Якобы больше всех знает. В основном обучает девушек.
– И что в этом такого?
– Странная она какая-то, бред всякий несет. Знаешь, есть такие женщины, у которых личная жизнь не складывается, вот они и начинают с тоски что-то выдумывать и проповедовать всякую хрень типа науки одиночества. Ну так она и вовсе это в культ возвела, – Миша огляделся по сторонам. – В общем, были как-то у меня с ней терки, не поделили кое-что. Но это я уже при себе оставлю. Ладно, я пошел за хавкой. Не попади под ее чары!
– Давай, Миш!
Мой товарищ удалился, а я остался сидеть и переваривать мысли о культуре питания, о запрещенных веществах и роли государства во всем этом. А еще задумался о Мише, который уверенно втирал мне в кафе о том, что, дескать, в отношениях тяжело развиваться, а тут вдруг бац и пришел с девушкой под ручку. Что за лицемерие? Или он так сам себя обманывает? Непонятно. Может, у него что-то поменялось? Жизнь – непредсказуемая штука, в которой все может перевернуться по щелчку пальцев.
Всего час назад я был убежденным противником любых наркотиков, а теперь вот даже появился некий интерес попробовать. Не с целью расслабления, а для раскрытия и расширения сознания, как говорила Хель. Вдруг это даст мне новый рывок в развитии? Такие толчки происходили у меня раньше только после сильного стресса. Ощущал, как обострялось восприятие к миру. Ведь что есть стресс? Это когда организму некомфортно существовать и он чувствует опасность для себя, активизируя все свои резервы и рецепторы. Если в этот период сосредоточиться на происходящих в тебе изменениях, а не глушить их таблетками или заедать чем-то иным, то можно ощутить, как твои внимание и интуиция функционируют совершенно на другом уровне. Даже память становится более четкой. Вспомните какие-нибудь экстремальные моменты вашей жизни! Вам кажется, что они длятся целую вечность, а ваш мозг отзывается на каждую долю секунды. Эмоциональная встряска активизирует организм, в результате чего кровь резво бежит по венам и зрачки расширяются. Уверен, даже поры на коже дышат активнее. Мы записываем эти мгновения в свое сознание и стараемся максимально насыщенно впитать их, а затем эти яркие вспышки в памяти становятся отправными точками, после каждой из которых ты немножко меняешься. В итоге они составляют красивое созвездие твоей жизни, где-то располагаясь в линию, где-то по кругу, но главное заключается в том, что их всегда много и они светятся.
Обдумав все эти важные мысли, я решил все же присоединиться к Мише и Хели. Надо бы посмотреть, что им там раздают в качестве еды. Встав с матов, я обнаружил, что у меня затекли ноги, поэтому пришлось немного размять их, стоя то на одной, то на другой. Потоптавшись пару минут таким образом, я поднял голову и тут же заприметил Риту, неторопливо направлявшуюся аккуратными шагами в мою сторону. После Мишиных слов я уже не так сильно горел желанием познакомиться с ней, а она как раз таки вполне определенным образом двигалась ко мне.
У Риты был очень необычный взгляд – какой-то пустой и как бы отрешенный. Она смотрела словно сквозь меня, при этом вообще не моргая. Вот она уже подошла очень близко, а я все еще продолжал всматриваться в ее загадочные глаза, будто бы вселившие в меня спокойствие и доверие.
