Действительно, из-за деревьев показались высокие стены города, но они уже теряли свой контраст в силу того, что начинало темнеть. Дальнейший путь пролегал в тишине, как того и хотела Лена. Церере надели наручники, а Лене и Эдгару Иван руки просто связал верёвкой, но так, чтобы можно было при необходимости освободиться. На подходе к городу появился свет: некий транспорт стремительно приближался. Им оказался джип, из которого выскочили четверо мужчин с автоматами. Они тут же направили дула на незваных гостей.
— Кто такие? — спросил один из мятежников.
— Скажите Борису, что пришёл старый друг с подарками. Он поймёт, — ответил Борис.
Один из мятежников вернулся в джип, а после сообщил, что сопроводят всех в город. Даже в темноте было видно то, что стены города были в плачевном неухоженном состоянии: грязь, а местами отваливалась декоративная обшивка. Главные ворота открывались ос скрипом и треском. Обычно, снаружи стены обслуживали дроны Инфолинка, а изнутри работали обученные ремонтные бригады из людей. Но мятежники явно не справлялись с этими обязанностями, а может просто и не хотели.
Внутри стен действительно был целый город со своими высотками, дорогами. Непривычно было то, что не летали всевозможные дроны, свойственные любому защищённому городу. На улицах было грязно, мусор. Местами дороги потрескались, а уличное освещение работало не везде. Людей было много лишь у ворот: все в военной форме и с боевым оружием, которое официально было под запретом. Церера ощущала поле, сигнал, который испускало некое устройство, блокирующее её возможности. Ей не удавалось вычислить его частоту и блокировать. Она и не надеялась, что будет всё так просто, ведь те, кто правил городом, прекрасно знали о том, что такое Инфолинк, владели многими разработками Соколова, что становилось угрозой для Цереры. Им осталось лишь заполучить Лазурное небо для полного счастья, и тогда Инфолинк станет под их контролем.
Однако, «красотами» города никому полюбоваться не получилось: конвоиры проводили их в одноэтажное здание, отстранённо стоящее на каком-то пустыре. На окнах здания стояли самодельные решётки, а у входа кучкой стояла группа в камуфлированной форме. Военными их было трудно назвать, ибо выглядели они не очень опрятно, а один вовсе был с небольшой бородой.
Внутри дома было несколько комнаты с дверьми в виде решёток, вероятно дом был переделан в некий изолятор для пленных. Стены были жёлтого грязного цвета, местами обвалилась штукатурка. Ощущались сквозняки, шедшие в основном по ногам. Цереру, Эдгара и Лену разместили в разных комнатах, а Иван ушёл в глубь здания в более тёплое и обустроенное помещение. Большая часть конвоиров ушла, осталось лишь три человека и Ваня.
— Твой идентификатор, — сухо потребовал мужчина с усами, сидевший за столом.
Судя по форме, он был комендантом, что-то вроде местного командира по охране вверенной территории. Мужчина был крупным, лишь чуть-чуть уступал Ване по габаритам. Ваня знал, что мятежники старались прибегать к высоким технологиям как можно реже из-за Цереры, хотя под их контролем был весь технологичный город. Для опознания друг друга у них были пароли, кодовые фразы. Для более точного опознания личности каждый мятежник был обязан запомнить свой собственный идентификатор, состоящий из букв и цифр. В Новограде Ваня был правой рукой Бориса и обычно личный код у него никто не спрашивал — его знали все «свои» в лицо. Тем не менее, свой идентификатор он знал и назвал некоему коменданту сложный шифр. Тот записал его в журнале, что стоял перед ним. Затем, сверился по каким-то документам, но видимо ничего не найдя, молча посмотрел на Ваню. После, комендант подвинулся к краю стола и начал набирать шифр на устройстве, похожим на печатную машинку с такими же механическими громкими кнопками. После набора, в устройстве завращались шестерёнки и цилиндрические барабаны, а сбоку начала выезжать полоска бумаги с металлическим скрежетом. Ваня знал, что это было за устройство, оно называлось «Кейс связного» и было доступно только высшим лицам из рядов мятежников. У Бориса была такая же машина. Она представляла из себя механическое устройство, хранящее данные на своих барабанах, что-то вроде справочника. Большие объёмы данных машина хранить не могла, но на хранение списков мятежников её хватало. У каждой машинки был свой особый код дешифровки, который должен вводить оператор, и даже если барабаны похитить, то расшифровать информацию, что была на них, было практически невозможно. Была ещё машинка записи, которая вносила данные на барабаны, но была доступна только лидерам мятежного движения. Ряды мятежников постоянно менялись, и часто барабаны перезаписывались, а затем пересылались по штабам мятежников.
— Значит, тот самый Иван из Новограда? — спросил комендант. — Ты и правда здоровяк, как о тебе рассказывали. Не думаю, что твои подгоны задобрят Бориса. У нас вообще предателей не любят, тебе ли не знать.
— И когда будет Борис? — спокойно спросил Ваня.
— Когда надо, тогда и будет, — сухо ответил начальник. — На задании он сейчас.
