То, о чем я намерен кратко рассказать, является критическим конспектом статьи исследователя, работающего во французском «Centre National de Recherche Scientifique» (CNRS), Филипа Бретона (Filip Breton), помещенной в одном из последних номеров 1996 года научно-популярного ежемесячника «Science et Vie» и озаглавленной «Коммуникация между Добром и Злом». Этот ученый указывает, прежде всего, чисто технологические направления, присутствующие сегодня в развитии сетевой и компьютерной информатики, а именно представляет (он так же, как я прежде, ссылается на доминиканца Дюбарле (Dubarle) и его выступление 1948 года в «Le Monde» о «Винеровской машине для управления государством»), с одной стороны, машины (для переработки данных), «электронным праотцом» которых был ENIAC полвека назад (или компьютеры все более быстрые, все сильнее «терабайтами пережевывающие данные»), а с другой — микрокомпьютеры, по частям происходящие от «лэптопов», сейчас до того сокращенные в «локальном своем варианте», что пользователю действительно остается мало что сверх клавиатуры, зато вычислительные способности передаются межкомпьютерной сети с ее «электронейронными» узлами (серверов, процессоров, операционных программ для загрузки и прочее). Так выглядит «информационная крайность»: либо махины, владеющие централизованными данными и их переработкой, либо машинки в дисперсии («рассеянные»), функционирование которых обеспечивают сети.
Из такого, показанного Бретоном несколько шире, чисто технического описания он выводит «перепутье» будущих возможностей, которые имеют не только идеологический и не только экономический, но даже политический характер, которые ведут, по его мнению, к потрясающе радикальному изменению всего человеческого мира. Приступая к презентации этого его видения, уже забегая вперед, хочу отметить, что ни одна из крайностей, которые он прогнозирует, по моему мнению, не будет осуществлена потому (хотя и не только), что «вооружение», или, точнее, «техническое оснащение», необходимое для получения той или иной экстремальной разновидности (альтернативы), не может сделаться достоянием всех существ, населяющих Землю (или просто человечества). «Поступь» цивилизации (как это принято называть) по мере быстрого развития связи растягивается с каждым разом сильнее, и мысль о том, что китайцы, индусы, бедуины и остальные из Третьего мира вообще будут в состоянии физически войти между раскрывающимися (по Бретону) инфоножницами, является утопией (либо дистопией или антиутопией — это все равно): ни крайнее «Зло» Бретона, ни его «Добро» не смогут наступить по тривиальной причине — ибо не хватит каких-то трех четвертей человечества для того, чтобы просто стать на предсказываемом инфоперепутьи и пойти по одной из дорог, которые взаимно исключают друг друга.
Восхищение этим «перепутьем» у Бретона происходит потому, что сам он, сидя в глубинах сетево-компьютерной проблематики, видя разогнавшуюся экспансию Интернета и других сетей, их сразу спонтанную «самоорганизацию» (или разрастание), управляемую, однако, заинтересованным Капиталом, впадает в издавна известный стиль утопически суженного мышления. Подобно тем, которые в каждой из очередных технических революций (уже более столетия) определяли будущее всей Земли как «паровую» или «авиационную» вплоть до «космической» эры, и тем самым видели в одной группе инструментальных достижений целое будущее мира, то есть ставили «все надежды и сомнения» на какое-то одно поле мировой футурологической рулетки и всегда ошибались, ведь нет просто ни «единого поля», ни «единой дороги» для всего человечества и быть не может. Тем не менее стоит рассказать о предсказываемой социально-политической «идеологизации» потенциалов информатики.
