Конечно! Когда люди-цапли прошли мимо, обнаружилось, что к их икрам прикручены металлические шарнирные конструкции, которыми они пользовались довольно умело, делая размашистые шаги. Финн понял, что высота нужна им для того, чтобы собирать урожай – люди прикасались к крохотным узелкам на стволах деревьев, из которых мгновенно прорастали полу-органические плоды.
Повернув голову, он поискал глазами Гильдаса, но где бы ни скрывались сапиент и Аттия, они оставались невидимыми для Финна.
Люди закончили свою работу и пошли гуськом вниз по косогору, казалось, сокращаясь в росте. Финн отчётливо рассмотрел, как человек в самом конце линии замерцал, словно погрузившись в какую-то преграду в воздухе.
Вскоре видными остались только их головы и плечи, а затем и они исчезли.
Кейро подождал некоторое время, перед тем как подняться. Тихо свистнул, и тут же рядом зашевелилась кучка листьев. Наружу показалась седая голова Гильдаса.
– Ушли? – спросил он.
– И довольно далеко.
Кейро понаблюдал, как Аттия поспешно выбирается из кучи, затем повернулся в Финну. Бросив быстрый взгляд на брата, тихо позвал:
– Финн?
Это начиналось опять. Виной всему – дрожащее в воздухе мерцание. Кожу Финна закололо иголками, во рту пересохло, язык одеревенел. Он утёр ладонью рот и прошептал:
– Нет!
– Придержите его, – бросил Гильдас.
Откуда-то издалека послышался голос Кейро:
– Подождите.
А затем Финн пошёл. Зашагал прямо к тому месту, где меж двумя огромными ветвями шевелился воздух, словно пылинки плавали в столбе света, словно там открывался проход сквозь само Время. Приблизившись, он остановился, протянув вперёд обе руки, как слепой. Замочная скважина, ведущая в другой мир.
Из неё тянуло сквозняком.
Тело словно закололо сотней иголок. Он прорывался сквозь боль, чувствуя прикосновение острых кончиков, приник глазом к щелочке света, в попытке посмотреть сквозь неё.
Он увидел разноцветное мерцание. Такое яркое, что заслезились глаза и перехватило дыхание. Там двигались тени, там мир был зелёным, а небо – голубым, как в его снах. И к нему уже мчались огромные жужжащие чёрно-янтарные создания.
Он закричал и отшатнулся, чувствуя, как Кейро подхватывает его обеими руками.
– Продолжай смотреть, брат. Что ты видишь? Что это, Финн?
Его скрутило. Ноги подогнулись, и он упал на усыпанную листьями землю. Аттия оттолкнула Кейро. Быстро плеснула в кружку воды и протянула Финну; он взял её, не глядя, и выпил, закрыл глаза, опустил голову на руки, больной от головокружения. Его стошнило.
Вокруг звучала ругань. Когда к Финну вернулась способность слышать, он узнал голос Аттии:
– ... так его мучить! Не видишь, как ему плохо?!
Небрежный смешок. Кейро:
– Он справится. Он же провидец. Вот пусть и смотрит. Нам это нужно.
– Ты совсем не беспокоишься о нём?
Финн с трудом поднял голову. Девушка смотрела в лицо Кейро, сжимая кулаки. Из взгляда исчезло побитое выражение; сейчас её глаза полыхали гневом.
Кейро продолжал издевательски ухмыляться.
– Он мой брат! Конечно же, я беспокоюсь о нем.
– Ты беспокоишься только о себе. – Она повернулась к Гильдасу. – И ты тоже, Мастер. Ты...
Она умолкла. Гильдас определено её не слушал. Опершись одной рукой о металлический ствол дерева, он смотрел прямо перед собой.
– Идите сюда, – тихо позвал он.
Кейро протянул руку Финну и помог брату подняться на ноги. Подойдя к сапиенту, они встали рядом; присмотревшись, наконец увидели то, что видел он.
Край леса. И дальше узкая дорога, ведущая к Городу. Город, окружённый крепостными стенами, раскинулся на гигантской голой равнине. Дома, собранные из металлических плит, тесно лепились один к другому, башни и крепостные стены из странного тёмного дерева были обшиты жестяными и медными листами.
А по дороге, со смехом, криками и песнями, пешком и на повозках, неся на руках детей и погоняя стада овец, долгим шумным потоком текли сотни и сотни людей.
***
Воспользовавшись тем, что Элис заснула, Клодия забралась с ногами на сиденье и достала планшет. Экипаж подпрыгивал; за окном проносились зелёные леса и поля смотрительских владений, все в облаках пыли и мошкары.
