Мила прищурилась, пронзив парня острым недоверчивым взглядом.
– Ты видел это сам? Или ты просто слышал слухи? – спросила она с лёгким сарказмом, но в её голосе чувствовалось желание понять, что знает парень.
– Не видел, – честно ответил Олег, наклонившись вперёд. – Но я видел людей, которые шли туда. Они говорили, что черви не спускаются под землю. Не знаю, почему, но метро может быть нашим шансом приблизиться незаметно.
Мила недоверчиво склонила голову, и её взгляд задержался на Олеге.
– Боятся? – уточнила она спокойно, но в голосе слышался интерес.
– Возможно, – Олег кивнул. – Может, дело в тесноте тоннелей. Может, им не хватает света. Но если это правда, метро – наша единственная возможность подобраться ближе к башне.
Мила скрестила руки на груди, её взгляд скользнул по карте.
– А если это ловушка? – резко сказала она. – Если они ждут нас там, в темноте?
– Мила, – мягко вмешалась Татьяна Павловна, и её голос зазвучал ровно, но твёрдо, – у нас нет других вариантов. Если башня – это действительно центр управления, мы должны попытаться.
– Она права, – поддержал Данила, провёл пальцем по линиям метро. – Вот ближайшая станция. До неё всего несколько кварталов. Если тоннели действительно безопасны, мы сможем выйти где-то рядом с башней.
Мила хмыкнула, её взгляд на миг задержался на Олеге, но она ничего не сказала. Наконец она вздохнула и подняла глаза на Данилу.
– Хорошо. Но если там будет хоть что-то подозрительное, мы возвращаемся сразу же, – произнесла она, прищурившись.
– Никто и не собирается рисковать понапрасну, – ответил парень. – Мы будем осторожны.
Олег вдруг поднял руку, привлекая внимание.
– Есть ещё одно, это важно, – сказал он. – Я заметил: черви плохо ориентируются в тумане. Это можно использовать, чтобы добраться до метро.
Данила задумался, глядя на карту.
– Значит, выходить лучше на рассвете, – сказал он, поднимая взгляд. – Туман в это время самый плотный.
Татьяна Павловна кивнула, и, хотя её лицо оставалось спокойным, в глазах мелькнула решимость.
– Тогда нам нужно подготовиться, – сказала она, оглядывая комнату. – Подумать о припасах, маршрутных точках и возможных рисках.
– Я займусь сбором еды и воды, – вызвался Олег.
– Батарейки, – вставила Мила, поднимаясь со стула. – Фонари долго не протянут.
Данила наклонился над картой, пока его пальцы двигались вдоль маршрутов метро.
– Я изучу схему тоннелей, – сказал он, не отрывая взгляда. – Если там есть завалы или что-то похожее, нам нужно будет знать об этом заранее.
Татьяна Павловна слегка улыбнулась, но в её улыбке не было тепла – лишь поддержка:
– Хорошо. У нас немного времени, но мы должны использовать его максимально эффективно.
Комната наполнилась звуками активной подготовки. Каждый из них занялся своим делом, но в воздухе висела тень тревоги. Никто не говорил вслух, но они понимали, что этот рассвет может стать для них последним.
Туман, стелющийся за окном, казался живым. Он клубился, заполняя щели между разрушенными зданиями, словно выискивая, куда ещё проникнуть. Свет проникал сквозь него с трудом, делая очертания предметов расплывчатыми. За этим мутным стеклом каждое движение будто угрожало обернуться чем-то опасным. Комната утонула в полумраке настолько, что даже собственное дыхание звучало глухо.
Олег сидел на старом ящике, держал в руках нож и раз за разом проводил пальцем по лезвию. Его взгляд был устремлён в одну точку, но мысли, судя по всему, плутали где-то в прошлом. Наконец он вдохнул, словно принял окончательное решение, и зафиксировал нож на поясе. Данила, сидя напротив, украдкой следил за ним. Он молча проверял фонари, по очереди стуча по батарейным отсекам. Лёгкий металлический звук напоминал отбивание секунд: напряжение в комнате нарастало.
– Это самоубийство, – неожиданно произнесла Мила, прервав тишину. Голос её был жёстким, резким, будто она пыталась пробить стену сомнений. Она стояла, опершись о стол, и сверлила Данилу взглядом. – Метро – явно не лучший вариант. Внизу может быть что угодно.
– Мы всё равно не узнаем, пока не спустимся, – спокойно отозвался он, не отрывая глаз от карты. В его голосе звучала усталость, но слова были уверенными, почти равнодушными. – Если останемся здесь, это конец. У нас нет времени искать обходные пути.
– А если попытаться пойти по поверхности? – Мила сжала ремень фонаря. Её голос дрогнул, но взгляд оставался твёрдым. – Это безопаснее.
– Безопаснее? – тихо переспросила Татьяна Павловна, сидящая у окна. Она медленно повернула голову, внимательно глядя на девушку. – Если мы будем откладывать, город окончательно закроет нас. Туман станет нашим врагом. Метро – это шанс. Пускай хрупкий, но шанс.
Мила метнула на неё острый взгляд, но не ответила. Её плечи дрогнули, словно тело противилось сдерживать накопившуюся ярость. Она отвернулась и молча начала перебирать припасы, выстукивая ладонью ритм на крышке консервной банки.
– Метро – наш единственный путь, – продолжил свою мысль Данила, проводя пальцем по линии на карте. – Если будем осторожны, у нас есть шанс добраться до башни. Иначе… ты и сама знаешь.