На этот вечер были приглашены многие: несколько волшебников из знакомых учеников Каэларина, рейнджеры во главе с Ариэль, а также вдовы в своей стабильной троице. Гости приходили постепенно, и когда вечеринка уже несколько поутихла и все пришедшие были пьяны уже скорее из-за компании, а не алкоголя, пришёл Равей.
Лиандра запаниковала и ушла в самый дальний угол, смотреть на него ей было сложно.
Люпин же танцевал с Ариэль под аккомпанемент живой лиры, но внимательно наблюдал за происходящим.
Равей танцевал со вдовами по очереди, немного нализался выпивкой и просто чувствовал себя прекрасно.
Так вечер стих, гости разбрелись в укромные уголки и допивали остатки алкоголя. Едва ли пару десятков из всех осталось до столь позднего часа.
Равей плюхнулся на диванчик рядом с Лиандрой, которую он не заметил.
— Привет. — Непривычно робко начала та, её голос дрожал, а руки сжались в кулаки от напряжения.
— … — Равей не сразу понял, какую ошибку он совершил, его глаза расширились, а тело напряглось. — Кхм… Да, привет.
Хмельной напиток давал в голову и явно размягчал стремления и цели, что выстроил себе паладин.
— Я видела… Тебе весело. — Лиандра сглотнула, её голос стал чуть выше, а взгляд метнулся к его лицу.
— Да, классная вечеринка. — Продолжил неловкий диалог Равей, его тон был ровным, но в нём мелькнула тень смущения.
— Ам… Нет, я про то, как ты развлекался с вдовами. — Лиандра сжала губы, её голос дрогнул, а щёки вспыхнули от стыда.
— Кхе-кхе. — Путь паладина чуть не закончился от того, что он чуть не захлебнулся в кубке, его кашель был резким, а руки задрожали.
— У тебя, оказывается, сильные руки. — Лиандра наклонила голову, её голос стал тише, но в нём мелькнула странная смесь удивления и боли. — Не думала, что человека можно как пушинку мотать вверх-вниз, особенно так быстро.
— Ам… Это… Лиандра. — Равей сглотнул, его голос стал твёрже, а взгляд сузился от неловкости. — Может быть, закончим этот диалог?
— Н-нет! — Сдавленно пискнула та, её голос сорвался, а глаза заблестели от слёз. — Я… Я недостойно хороша собой?
— Нет, послушай, это просто… — Равей замялся, его тон стал резче, а рука потянулась к кубку, чтобы скрыть смущение.
Та в секунду оголила своё тело по пояс, сбросив тонкое платье двумя движениями.
— О, боги… — Пробормотал Равей, держась за голову, его голос дрогнул от ужаса, а глаза расширились.
— Ну что же ты так? — Лиандра всхлипнула, её голос задрожал от слёз, а щёки горели от стыда и хмеля. — Я… Я некрасива?
— Послушай, Лиандра, ты пьяна, давай отложим этот разговор… — Равей сжал кулаки, его голос стал твёрдым, но в нём мелькнула нотка жалости.
Лиандра прямо перед Равеем стянула с себя платье и осталась в одних ажурных трусиках. Как-то так получилось, что она была за небольшой ширмой, и все остальные, которых практически не осталось, не видели того, что происходит.
— Вот она я. — Лиандра шагнула ближе, её голос стал умоляющим, а тело дрожало от напряжения. — Возьми меня, мой рыцарь, так, чтобы все вокруг слышали, что я полностью твоя.
— Так… — Равей замер, его глаза сузились, а челюсть сжалась от внутреннего конфликта.
— Пожалуйста! Молю тебя… — Лиандра всхлипнула, её голос сорвался на шёпот, а руки потянулись к нему.
Секундная борьба Равея с самим собой и долгий внутренний диалог, что пролетел за мгновение, привели его к тому выводу, что Лиандра оказалась настолько дешёвкой, не ценящей хорошие отношения, что она ему стала попросту противна.
— Нет. Я ухожу. — Равей встал, его голос стал холодным и резким, а взгляд ожесточился. — Можешь за мной не идти, ответ останется прежним. Ты мне противна. Прочь, женщина.
Полностью сломленная Лиандра осела на пол со стеклянным взглядом. Будто бы нити марионетки были обрезаны — так сейчас выглядело её оголённое тело.
Гостей вовсе не стало. Зал погрузился в тишину ночи, а она так же сидела на полу и тихо плакала.
Рука взяла её за волосы и потащила куда-то. Пара заноз от деревянного пола вонзилась в её нежную кожу на ногах, пока она наконец не оказалась на постели. Она даже не удосужилась посмотреть, кто её швырнул так грубо на кровать.
Холодные руки стянули с неё и трусики. Вяло попытавшись сопротивляться, Лиандра не преуспела ни капли. Её взгляд был абсолютно потухшим, а сама она столь вялая, что даже рефлекторные сведения ног не могли почувствоваться тем, кто их разводил.
Лиандра не смотрела, как что-то трогало её самые нежные части тела. Её девственная киска содрогалась и сочилась соками от прикосновений, но она испытывала лишь апатию и вялость.
— Ну что же… Начнём. — Прозвучал знакомый голос, низкий и с лёгкой насмешкой.
Что-то кольнуло её невинность и порвало её навсегда. Едва простонавшая Лиандра была всё так же апатична.
В какой-то момент Люпину это, откровенно говоря, надоело: как будто бы под ним был мешок с кореньями, а не женщина.
Он выдавил пару капель афродизиака в рот женщине, небольшая волна похоти прокатилась по её организму, но это всё ещё было слабо.