– Это может быть и тетя, – он разжевывал сладкий рис и запивал чаем, – но профессионал, как ты правильно заметил. Навскидку: нейрохирург, психиатр, с натяжкой мог бы быть невролог. Патологоанатом, кстати… – Он погладил себя по груди. – Опытный. Я говорил, что этот метод уже давно никто не применяет. Чисто технически я бы смог. Но, по правде, никогда не делал. А вот на периферии остались еще корифеи. Может, там копнуть?
Сергей задумчиво вздохнул. Он понимал, что теперь вопросов гораздо больше, чем ответов. Кому и почему нужно топить девушек? Еще и метод какой-то времен инквизиции. Эмоционально затратный.
Но если собрать все мысли в кучу, получится следующее. Жертвы знакомы с убийцей. Они доверяют этому человеку, иначе сопротивлялись бы. Убийца – профессиональный врач. Обладает редким навыком даже для медработника – умеет провести затылочную пункцию в достаточно стесненных условиях. Если, конечно, он не делает ее в каком-нибудь стационаре, а труп не привозит затем в реку. Маньяк, скорее всего. Вряд ли в убийствах этих двоих была какая-нибудь корысть. Это осложняет дело. Корысть обязательно проколется и выдаст себя. Маньяк может десятилетиями совершать свои продуманные убийства и ходить рядом.
– Да, – вспомнил Сергей, – а что у нас с последним трупом из реки?
Петрович подозвал официантку и попросил навынос остатки десерта.
– С последним трупом из реки все аналогично. Тоже прокол, тоже лет двадцать пять – двадцать восемь. Они даже внешне все похожи. Ну и так же, как в прошлый раз, твои коллеги хотят это дело замять, – в тоне Петровича было слышно возмущение. – У меня вот дочь растет. У них что, детей нет? Ничего не боятся. Ни за кого не беспокоятся.
– Вообще никаких шансов? – спросил Сергей.
Петрович уже получил сверток с пирожными для дочери и ерзал на диване.
– Шанс единственный – если опознают. Может, какие ниточки и зацепятся. А так снова все на тормозах. Я же не могу в бочку лезть. У меня двадцать лет квартира служебная. Хорошо хоть приватизацию продлили. Есть шанс. Попробуй я сейчас заяви им всем! Останусь, как лох последний, без жилья. Так что у меня тоже круговая порука.
– Понял тебя, Артем Петрович, – заговорил Сергей. – Ну что, я вижу, по домам?
– Да, поздно уже, – согласился доктор. – Завтра опять на передовую судмедэкспертизы. – Он подал руку Сергею. – Если что-то новое будет, я тебе обязательно наберу. Ну, или отпишусь. А чего ты вообще этим делом-то занялся? – вдруг спросил Петрович.
– Да я же говорил, женщина одна есть хорошая. Надо помочь.
– Ты серьезно, что ли? – опять удивился доктор. – Ладно. – Он похлопал Сергея по плечу, поднес к уху оттопыренный мизинец с большим пальцем и добавил: – На трубе.
Петрович спускался по эскалатору первым. Не оборачивался. Крепко держал пакет со сладостями для Машки. Сергей смотрел ему в спину и чувствовал, как устал от выпитого и сказанного. Он дна в этой проблеме не видел. Не знал, за что браться. Решил почитать про пункцию. Вряд ли прежде было что-то аналогичное из преступлений, но все-таки нужно проверить.
Марина уже ждала ее. Сидела на скамейке парковой зоны перед медицинским центром. Улыбалась, как давней подруге.
«Мило, – подумала Лиза. – Наверное, я ей очень нужна». Она улыбнулась в ответ.
– Ты не умеешь делать это искренне, не старайся, – отреагировала Марина, держа между пальцев тонкую сигарету с ванилью.
– Что делать? – переспросила Лиза.
– Улыбаться, девочка моя. Улыбаться. Когда люди делают это искренне, у них появляются маленькие морщинки в уголках глаз. У тебя их нет. – Марина широко открыла глаза, но сохранила улыбку, которая превратилась в оскал. – Чувствуешь разницу?
– Вижу, – кивнула Лиза. – Сама долго тренировалась? – Спрашивая, она не скрывала сарказма.
Марина стряхнула пепел, поднесла остаток сигареты к урне рядом со скамейкой и разжала пальцы.
– Это что, я даже когда по телефону разговариваю, улыбаюсь, так можно придать мягкость интонации. А что ты хотела? Профессия обязывает. Клиентоориентированная работа.
Она встала. Поправила длинный красный плащ и шагнула в сторону входа. Лиза смотрела на нее с завистью, но старалась изобразить полное безразличие.
Марина повернулась. Махнула рукой. Сверкнула изящным браслетом.
– Что стоим? – спросила она в недоумении. – Пойдем. Я за тебя анализы сдавать не буду.
– Пошли, – вздохнула девушка.
Лиза шла чуть позади. Смотрела на свою сопровождающую. Думала, что через год обязательно купит себе плащ и такие же красные туфли на высоком тонком каблуке.
По правде, она не хотела афишировать в разговорах с медперсоналом, зачем ей нужен генетический анализ. Боялась лишних вопросов. Реакции окружающих. Но, на удивление, никому до этого не было дела. Заплати – получи процедуру и подробный отчет о результатах на следующий день. А кто ты и что ты – все отображено в паспорте. Остальное – лишнее.
– Так, справки свои давай, – торопливо сказала Марина, когда они вернулись к скамейке в парке перед входом.
Лиза молча достала из кармана куртки вдвое сложенные бумаги. Протянула. Марина выхватила их, бегло просмотрела. Положила в сумочку.
