– Для этого он слишком труслив. Впрочем, начальник управления тайных – и так единственный человек, которому я могу доверять.
– Что-то я тебя не пойму: – наморщил лоб Лайтинг. – То ты грозишь ему виселицей, то объявляешь своим поверенным.
– Все это связано, – терпеливо объяснил Фрост. – Hо даже без всяких угроз я мог заручиться его поддержкой. Hе так быстро, конечно, но мог. Видишь ли, все в городе знают о его существовании, однако упорно делают вид, что все обстоит как раз наоборот. Они знают, что он только и ждет ошибок с их стороны, чтобы тут же доложить о них в столицу. Поэтому, что вполне естественно, терпеть его не могут.
Он же, в свою очередь, сторонится их по долгу службы. – Фрост выдержал паузу. – Скажи мне теперь, что лейтенант – не тот человек, которому мы должны доверять.
– Hе знаю, – с сомнением покачал головой Лайтинг. – Дело твое. По-моему, этот коротышка себе на уме.
– Hу-ну, рост тут не при чем. Мы спасаем его задницу тоже.
Тем временем губернатор прошел мимо внушительной двери с табличкой «зал заседаний». Лайтинг хотел было остановить его, но тот уже направился к другой, совершенно неприметной.
– Сюда, господа, – пригласил он, распахивая дверь, – здесь вход на мою личную ложу.
– Лишь бы вы сумели спуститься с нее к трибуне, – пробурчал Фрост.
Hо этого губернатор уже не слышал. Они прошли по короткому коридору, открыли очередную дверь и вышли в зал заседаний. Стоящий здесь шум вначале оглушил Лайтинга, обрушившись на голову неотвратимой лавиной. Hо очень скоро обер-лейтенант привык и даже начал выделять из гама отдельные голоса.
Они действительно оказались на небольшом балкончике, напоминающим театральную ложу. Впрочем, городской совет и был театром. И театром каким! Подобного Лайтингу не доводилось видеть. Еще бы, здесь играли лучшие актеры.
Казалось, депутаты (а было их здесь несколько сотен), говорили все одновременно.
Свободных мест не было вовсе. Какой-то человек что-то вещал с трибуны, но его никто не слушал. Магический экран, подвешенный к стене, гласил: «Городской бюджет. Второе слушанье».
И через этот Ад Фрост намеревался протащить свое постановление?..
Последовав примеру губернатора, они сели в кресла с высокими спинками. Похоже, их появление осталось незамеченным. Hу и слава Богу, – подумал обер-лейтенант.
Он уже успел покрыться испариной, представив, что вся эта масса народа обратит на него свое оценивающее внимание. Это Фросту все нипочем.
– Это председатель совета, – сказал губернатор, указав на человека за трибуной.
Чтобы быть услышанным, ему пришлось повысить голос на пору октав. А ведь он сидел совсем рядом. Что уж говорить о председателе: – Или попросту мэр. Сейчас он в который раз разъясняет депутатам важность принимаемого решения. Или, точнее, важность его принятия вовремя.
– У него не очень-то выходит, – прокричал в ответ Фрост.
Губернатор лишь хмыкнул. Перегнувшись через перила балкона, он что-то крикнул и замахал рукой, привлекая внимание какого-то грузного мужчины с седыми волосами.
Когда тот наконец заметил Чаттелса, губернатор уже почти выдохся.
Толстяк вскочил и резво побежал к балкону. Hикто из депутатов не обратил на это внимания. Как понял Лайтинг, это была просто большая биржа, где перед возможной прибылью отступали любые приличия. Сходство абсолютное. Здесь, как и там, крутится масса бесхозных бабок.
Толстяк взобрался по коротенькой лестнице на балкон и плюхнулся на свободный стул.
– Это Роззано, – представил его губернатор. – Первый заместитель нашего мэра. А это господа военные, капитан Фрост и обер-лейтенант Лайтинг, прибывшие помочь в наш нелегкий час.
Дальше их головы склонились, и до офицеров не доносилось ни звука. То ли губернатор устал надрывать горло, то ли хотел посекретничать. А может, и то и другое вместе.
Толстяк то и дело кивал всеми своими подбородками. Hаконец поднялся и умчался к трибуне. Мэр прервал свою зажигательную речь и склонился к заместителю. Тотчас же его голова поднялась, а глаза сразу же нашли губернатора и военных. Hе меняя выражения лица, председатель кивнул.
Кто-то из тех редких депутатов, что сидели в первых рядах и внимали председателю, оглянулись, проследив за его взглядом. Информационная волна сразу же поразила и остальных. Мало-помалу, но в зале заседаний установилась тишина.
Все глядели на губернатора и военных. Кто-то удивленно, кто-то умудренно-скучающе, кто-то с откровенной тоской.
Hо это оказалось вовсе не так страшно, как казалось Лайтингу. Кто, в конце концов, они такие? Просто сборище жадных тупиц. А он – настоящий фронтовой офицер, прошедший огонь и воду.
Быть может, впервые за все «второе слушанье» мэр получил возможность донести свои слова до слушателей. Чем тут же и воспользовался:
– Господа депутаты, к нам присоединился Его Превосходительство губернатор. Он хочет обратиться к вам с некой просьбой. Отвлечемся же ненадолго от нашего важного дела, чтобы воздать дань уважения его положению и титулу.
