Их, инквизиторов, было трое. Они охотились за якобы взбесившимся вампиром, который покусал множество людей. Дети, то есть мы, попались под руку этому кровососу и обозленным господам инквизиторам. Между молотом и наковальней, неприятно, я вам скажу… Я осталась последняя, когда он порешил троих слабеньких инквизиторов. Под сердцем торчал кинжал, возле меня сидел вампир, неторопливо восстанавливая свои силы из "добровольно" предложенной мною шеи.
На этом месте воспоминания грубо обрывались, была лишь тоска по убиенным друзьям…
Меня притащили непонятно куда, мокрую, выкачанную, без капли крови, с так и не вынутым из груди кинжалом. Их было трое, и вампира-психопата среди них не наблюдалось. Инквизиторы, пришедшие на смену умершим там, и увидевшие во мне одного из них.
… - Девчонка!
- Что происходит? - Я ничего не вижу, и ни черта не понимаю. Нет объяснений происходящему!!! Я не понимаю, куда исчез мой "знакомый" вампир, и что стало со всеми.
- Это… это всего лишь девчонка, ей едва семнадцать лет исполнилось!!! Нельзя, понимаешь, нельзя… Не тот возраст! Слишком молода!!!
- Что? - Удивленно спрашиваю я хриплым голосом, чувствуя, как у собеседника перекашивается лицо. На мгновение зрение проясняется, я выцепляю взглядом в кромешной тьме лик под серым капюшоном.
- Она умрет. - Второй ровный голос говорит эти, ничего не значащие для него слова. Они про меня. Я не задаю вопросов, соглашаясь с присутствующими. С такой раной как у меня не живут. Что ж, я не против, да только это не все… - И захочет ли она стать инквизитором, скажет лишь она сама… Потом, после ее смерти разберемся.
Надо мной склоняется утонченное лицо Вестницы, появившейся невесть откуда.
Теперь, лишь теперь, я узнаю голос говорившего. Главный. Будет продолжение моего пути, я уверенна. Что ж, я зла, но в первую очередь на себя. Я зла на инквизиторов, казнивших ни в чем не повинных детей, зла на вампира, покусавшего меня. По крайней мере, больше не надо ломать голову по поводу присутствия в моем рту парочки острых клыков.
И я намерена, умерев, жить дальше.
А вампир был моей первой, незапланированной жертвой.
Лирическое (хотя нет, вовсе не лирическое…) отступление. Неудавшийся вариант развития. Вариант первый.По колыханиям воздуха и звукам нетрудно догадаться, что меня пытаются поцеловать.
– Анечка, девочка… - всхлипывает кто-то надо мной, старательно лобызая мой лоб… - ну как же так, родненькая… Ведь такая молодая была…
Это я-то молодая?!? Пятьсот с гаком годков.
– Говорила ведь, дождись меня… - Еще одно многозначительное шмыганье носом, размазывание соплей. - Нет, пошла одна одинешенькая… Анечка, солнышко ты мое…
– Мам… - Мужской голос заставляет женщину, нависшую надо мной оглянуться. - Мама, пошли на кухню. Оставь ее, пойдем, закуску из холодильника вынуть надо. - Настойчиво повторяет он.
