Возможно, он мог остаться в живых. Мы могли бы перевязать его раны и вызвать городскую охрану. Я попыталась зажать его жуткую рану, остановить кровь — но она оставалась открытой, зияя, как раззявленная собачья пасть. Мои руки были так же залиты кровью, как и его.
Внезапно он оторвал взгляд от потолка и ламп, и посмотрел на меня. Он моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Крошечные капельки крови застыли у него на ресницах.
— Что все это значит? Кто вы такой? — спросила я.
Он произнес всего одно слово. Оно едва слышно сорвалось с его губ — скорее, вздох, чем звук.
Я никогда раньше не слышала это слово.
Он сказал:
— Когнитэ.
А потом, прямо у меня над ухом, что-то оглушительно грохнуло; я подскочила, потому что это было внезапно, очень близко и громко до звона в ушах. В ту же секунду до меня дошло, что это выстрел. Я почувствовала, как его кровь брызнула мне на лицо, грудь и шею. Несколько брызг попали в глаза.
Ментор Заур еще раз — для ровного счета — выстрелил в лицо незнакомцу, а потом убрал в кобуру свой короткоствольный пистолет.
Я опустила глаза, оглядывая себя, увидела, сколько на мне крови, и инстинктивно поднесла руки к лицу. Но только размазала кровь кончиками пальцев. Казалось, я вся была покрыта ею.
— Иди вымойся, — произнес Заур.
Я посмотрела на него снизу вверх, все еще стоя на коленях.
— Делай что говорят, — приказал Заур.
— Кто это был? — спросила я.
Его губы изогнулись в едва заметной ухмылке.
— Ты слышала, что он сказал.
— Да, но…
Он отвернулся от меня и выругался.
— Мать твою в бога в душу, включи наконец свой манжет, — сказал он.
Так я и поступила. Я перещелкнула центральную ленту моего металлического манжета, включая лимитер, который маскировал мою псионическую пустоту. «Эффект парии» существенно затруднял общение: к его обладателям крайне трудно было испытывать симпатию или привязанность.
Он знал это. В тот момент, когда я снова включила лимитер, выражение его лица заметно смягчилось. Вообще-то лишь самую малость: Таддеус Заур вряд ли мог быть мягким.
— Ты мне здОрово помогла, девочка, — пробормотал он. — Этот ублюдок едва меня не угробил.
Я кивнула.
— Его техника, конечно, была недурна, — произнесла я. — Но, думаю, Вы все равно одержали бы верх, ментор. Вы находились под очень удачным углом, чтобы парировать, и достаточно низко для удара в пах.
— Возможно, — ответил он.
— Ну да. В бедренную артерию.
— Возможно, — повторил он.
— Думаю, так бы и случилось, — заверила я. Я говорила, кажется, чуть быстрее, чем обычно. Это компенсировало возбуждение от выброса адреналина.
— Вы его знаете? — спросила я.
Заур помотал головой.
— Он уже был здесь и бросился на меня.
Я поискала в карманах куртки и одежде убитого, стараясь не смотреть на то, что осталось от его головы.
— Брось. — произнес Заур. — Не пачкайся.
— Я и так уже перемазалась по уши, — ответила я. — У него могут быть какие-нибудь документы. А что ты имел в виду, когда говорил, что я слышала, что он сказал?
— Слово, которое он произнес, — сказал Заур. — Это и есть то, чем он был. Когнитэ. Еретическая мерзость. Перестань, Биквин, ты уже сделала все, что от тебя требовалось.
Но я уже нащупала что-то во внутреннем кармане куртки незнакомца — нащупала и вытащила. Это был бумажник, кожаный, довольно тяжелый. Я поднялась на ноги и открыла его.
Я с первого взгляда узнала круглый знак из полированного металла с эмблемой, хотя кровь затекла внутрь бумажника и испятнала его серебристую поверхность.
— Он из Ордоса, — в замешательстве произнесла я.
— Нет, — ответил Заур.
— Ордо Еретикус, — настаивала я. — Посмотрите. Его имя Вориет, он дознаватель.
Он забрал знак у меня, точнее — выхватил его из моей руки.
— Он не из Ордоса, — повторил Заур.
— Но…
— Это маскировка, тупая ты ведьма. Если бы тебе нужно было проникнуть в тренировочный зал, принадлежащий Ордосу, за кого бы еще ты себя выдавала?
Я кивнула.
— То есть, это подделка? — переспросила я, показывая подбородком на знак в его руке.
— Само-собой.
— Вы уверены, ментор?
— Могу показать настоящий, сравни их, если хочешь.
— Нет, — ответила я.
Он сунул бумажник в подсумок у себя на поясе и огляделся вокруг, ища, чем бы прикрыть труп. Его белые волосы сбоку слиплись от крови. Удар незнакомца пришелся по касательной, но раны на скальпе обычно сильно кровоточат.
— Иди вымойся, — произнес он. — Кран рядом с кладовкой. Как следует отмой обувь, а то наследишь кровью по всему дому. Потом сбегай за Мэм Мордаунт. Скажи, что я жду ее здесь.
— Да, сэр, — ответила я, и еще раз посмотрела на мертвеца.
— Эти… Когнитэ, они всегда это делают? Проникают…
Он пристально уставился на меня.
— Я не понял, каким боком это тебя касается? — поинтересовался он. — Иди.
Несмотря на то, что Секретарь был самым старшим из менторов Зоны Дня, главой дома считалась Мэм Мордаунт.
