Когда культист подался назад и успокоился, в клетке появился рептилоид и схватился за прутья когтями двух из четырех чешуйчатых рук. В других двух он сжимал арлекинский плащ Чевака, мельта-бомбы и «Атлас Преисподней». Инквизитор почувствовал облегчение, увидев артефакты. Ниже талии и выше шеи это существо выглядело как чудовищная змея, а все, что оставалось посередине, было скрыто под шипастой броней его нанимателей-чужаков. Чевак знал этот вид — сслиты, телохранители и наемники, ценимые за редкую верность в рядах склонных к предательству темных эльдаров.
— Привесссти к госсспоже… — проговорил монстр на шипящей разновидности наречия темных эльдаров. Воины подхватили Чевака и культиста, уперли им в спины осколочные карабины и поволокли прочь из клетки, так что ноги едва касались земли.
Двоих пленников спешно протащили по лагерю, меж палаток из плоти, под светом холодного солнца, медленно ползущего по небу. Они оказались у большого, хорошо охраняемого главного шатра. Раздался еще один вопль, оповещающий об очередной потере уменьшающегося войска, и сслит направил двоих воинов посмотреть, что случилось. Пленников затащили в сумрак павильона, рептилоид прополз следом за ними. Культиста приковали наручниками из призрачной кости к одной из решеток для бичевания, что стояли в задней части шатра, а инквизитора швырнули на стул перед узким изящным столом. Ему тоже нацепили на запястья психокостные оковы.
Инквизитор увидел, что в тенях собрались воины-кабалиты — одновременно стражники и злорадствующие наблюдатели. Телохранитель-сслит выполз вперед и положил на стол «Атлас Преисподней», связку бомб и арлекинский плащ. Из-за занавеси, скрывающей вход в отдельный приватный шатер, вышла пара темных эльдаров, при виде которых Чеваку пришлось подавить отвращение. Это были женщины-чужаки с алебастрово-белой кожей, одна из которых держалась когтистыми пальцами за руку другой.
Первая подошла к креслу напротив Чевака — тощая куртизанка, чью тошнотворную красоту доводили до совершенства гладкая кожа, торчащие кости и шипованный корсет, делая ее похожей на труп. Ее голова была выбрита наголо, в чернильной тьме глаз поблескивал острый интеллект. По языку тела темных эльдарок можно было понять, что они любовницы, и вторая в этой паре, видимо, была выше по статусу. Пропитанные кровью волосы лавовым потоком ниспадали с ее головы, где они были уложены в какую-то сложную конструкцию, и струились вдоль ее стройного тела. Толкнув куртизанку в кресло заостренными пальцами полночно-черных перчаток, она повернулась и отступила на несколько шагов. При этом разрезы на ее просторной атласной мантии разошлись, демонстрируя черные кожаные сапоги высотой по бедра, бронированный корсет и украшенный шипами нижний лиф. Ее мертвецки бледная плоть сплошь состояла из мышц и сухожилий, и это говорило о том, что чужеродная тварь — не только лидер армии, но и воительница-атлет на пике физической формы. Гладиатор. Ведьма. Одна из правящей элиты суккубов.
Из-за занавеси, шаркая ногами, вышел горбун. На нем был шипованный ошейник, от которого тянулась длинная цепь, другой ее конец держала куртизанка. Его лицо представляло собой массу бронированных, наслаивающихся друг на друга визоров, позади которой пульсировал жуткий бесформенный варп-паразит. На службе Инквизиции Чеваку доводилось видеть подобных существ, и кроме того, он наблюдал, как эти паразиты свободно парят в проложенной меж измерениями Паутине. Их знали под многими именами, Чеваку же вспомнилось название «медуза». Наделенные острой эмпатией, они способны были впитывать ощущения и запечатлевать сильные эмоции в виде сновидений или воспоминаний. В Черной Библиотеке Чевак узнал, что темные эльдары считают мозгоплод медузы ценным деликатесом — как в кулинарном смысле, так и в плане переживаний — и посредством его могут заново испытать боль, страх и яркие эмоции своих жертв. Инквизитор решил, что гибрид, севший рядом, выполняет именно такую функцию. Куртизанка настроила бронированную маску носителя медузы, сменив фильтр на линзу потусторонне-зеленого цвета, как инквизитор настраивает пикт-устройство перед допросом.
Чевак прищурился, глядя на ту, что собиралась его допрашивать, сидя за столом напротив. Куртизанка начала доставать спрятанные в корсете ножи: стилеты, ланцеты, заточки, бритвы, игольчатые дирки, набор крисов. Все они поблескивали разными оттенками от липких следов экзотических токсинов и чужеродных ядов. Чевак понимающе кивнул. Куртизанка была из Сестер Лилиту, умелых отравительниц, экспертов в искусстве ужасной смерти. Инквизитор улыбнулся. Он сыграет в ее игру.
С видом знатока куртизанка театрально выбрала первый клинок. Сслит вдруг оказался позади инквизитора, когти рептилии схватили его и прижали голую руку к столу. Куртизанка без улыбки поддела проволочную гирлянду мельта-бомб кончиком ножа и убрала ее туда, где инквизитор не мог бы до нее дотянуться. С ее губ соскользнул режущий ухо поток чужого наречия.
— Как тебя зсссвать? — перевел ящер-наемник.
