- Все это похоже на какое-то сумасшествие, я знаю, - Ева снова берется за ее теплую, нежную руку. – Но его аромат, правда, так похож на духи Джастина.
- Наверное, у них одинаковая туалетная вода, - Никки слегка пожимает плечами, понимая, что все это полнейшая ерунда, и что в мире существует тысячи запахом, похожих друг на друга.
Дальше девушки начинают идти молча: Ева не знает, что сказать, считая себя полной идиоткой, надоевшей всем, а Никки просто комфортно в этом молчании. Конечно же, она устала от вечной апатии и грусти Евы, которая словно помешалась на одном человеке, которому, похоже, просто нет дело до ее искренних чувств. Как бы жестоко это ни звучало, но Никии с каждым днем все больше осознает, что это правда. Правда, которую Ричардсон просто не хочет признавать, продолжая тешить себя глупыми надеждами.
Войдя в главный зал, волнение Евы возвращается к ней с новой силой. Она начинает крепче сжимать руку Никки, озираясь по сторону и видя большое количество людей, которые пришли посмотреть на выступления талантливых людей университета.
«Все будет хорошо, - Ева начинает мысленно успокаивать себя, - все обязательно будет хорошо. Ты совсем справишься.»
Это было так чертовски глупо, но почему-то именно этому выступлению она придавала огромное значение. Девушка выступала и в более престижных местах, сводя с ума своим мастерством, утонченностью, чувством ритма, своей чувственностью. Те, кто хорошо был с ней знакомы, прекрасно знали, на что она способна. Но именно сейчас она хотела, словно доказать самой себе, что не сломалась, что она все та же Ева, способная выразить все свои чувства лишь в одном танце.
- Столько людей…, - Никки словно прочитала ее мысли.
- Кажется, что их даже через чур много, - Ева слегка качает головой, губы трогает уверенная улыбка. – Но мне плевать, я все смогу.
- Хороший настрой, детка, - Джонс поворачивается к ней лицом и лукаво подмигивает, не сдержав коварной улыбки. – Узнаю мою любимую Еву.
- Она никуда не делась, уверяю тебя, - Ричардсон усмехается, удивленная такой самоуверенности, взявшейся как будто из ниоткуда. – Ты ведь останешься посмотреть на мою выступление?
- Ты еще спрашиваешь меня об этом? – Никки строит удивленную и в тоже время обидчивую мордашку, качнув головой. – Конечно, я останусь посмотреть на тебя, скоро еще и Джеф придет.
При упоминании Никки его имени сердце Евы немного сжимается от мысли, что, возможно, что Джеф дозвонился Джастину, и он также придет и будет восхищенно смотреть на нее снизу-вверх, улыбаясь своей самой обольстительной улыбкой в мире. Но вопрос, который она хотела задать Никки про него, так и застыл на ее губах.
- Спасибо тебе за то, что ты рядом и всегда поддерживаешь, - на нее вдруг нахлынул прилив нежности, и она решила себя не сдерживать. – Это так много значит для меня. Правда, я не знаю, что делала бы без твоей поддержки, - Ева резко делает шаг вперед и захватывает Никки в свои объятия. – Спасибо…
- Ева, не нужно, - девушка чувствует, как приятное тепло быстро распространятся по ее телу от таких нежных слов. – Я всегда буду рядом, даже если ты этого не захочешь, - от ее шутливого тона, Ева тоже невольно начинает улыбаться.
- Спасибо, - Ричардсон отстраняется от ее тела, ее глаза светятся нескрываемым счастье. – Мне уже надо идти, чтобы подготовиться.
- Конечно, - Никки слегка качает головой в сторону кулис. – Иди.
Ева еще несколько секунд смотрит на свою подругу, а затем отворачивается и быстро уходит. Она заходит в небольшую комнату, спрятанную за кулисами, которая напоминает гримерную с ярким освещением, несколькими стульями, с парой столиков и большими зеркалами, весящими над ними.
- Привет, - некоторые девушки, с которыми она знакома, и которые тоже будут сегодня выступать, встречают ее приветливой улыбкой.
- Привет, - Ева улыбается им в ответ и садится перед зеркалом.
С ее макияжем все в порядке, лишь немного стерлась губная помада. Но она знала, что именно так и будет, поэтому достает из кармана своей кофты помаду и быстро подкрашивает свои губы. Сделав все, что ей нужно, она снимает кофту и кладет на стул. В ярком свете серебристые стразы, расположенные по верху ее наряда, красиво переливаются, привлекая к себе внимание.
Зашедший в комнату ведущий предупреждает о том, что совсем скоро начнется концерт, и о том, что все должны быть готовы. Ева знает, что выступает второй, поэтому легкая дрожь пробегает по ее телу, заставляя слегка вздрогнуть.
Все, присутствующие в комнате, начинают нервничать. Эта энергетика чувствует за несколько метров и передается каждому, находящемуся в комнате. Но ведь по-другому и быть не может. Человек, любящий свое дело, каждый раз будет нервничать. Не важно, танцует он, поет, сочиняет стихи или пишет рассказы. Он переживает за то, чтобы все в его работе было идеально.
