И всё же ехать на неоседланном жеребце, эдак по-эльфийски, человеческой девушке оказалось весьма неудобно. «Зря я старого дуралея продала», – даже подумала не склонная к самокопанию искательница приключений, но постепенно нашла в такой поездке и свои плюсы. Так волосы и шерсть волшебных единорогов куда мягче, чем у обычных коней. Вот и у Рогалика шерсть мягкая, как у большого кота. Пряди гривы меж пальцами перебирать приятно. Да и запах единорога не тяжёлый по лошадиному, а по-своему даже привлекательный на человеческий нюх. По крайне мере Инночке поправился запах, напоминающий запах хорошего мужского одеколона с лесным ароматом, но при этом целиком и полностью естественный. Уже спустя полчаса езды на единороге девушка уткнулась носом в душистую гриву и вскоре задремала, а единорог осторожно сбавил ход, чтобы не уронить свой хрупкий груз. Впрочем, причиною перехода с рыси на шаг стала не только доброта единорога. Со времён армейской службы никем не понукаемый Рогалик несколько обленился, редко скакал с грузом на спине и поэтому даже столь лёгкую наездницу ему было везти тяжеловато.
Однако даже верхом спине слишком уж неторопливого единорога Инночка к обеду преодолела втрое больший путь, чем если бы шла пешком. К тому же убаюканная поездкой на спине единорога Инна не устала, а отдохнула.
Рогалик пасся на лесной лужайке, временами взрыхляя землю рогом в поисках сладких клубней и пряных корешков, а полная сил Инна не теряла времени зря. Две рыбины со сверкающей в лучах полуденного Солнца чешуёй и дюжина грибов с лоснящимися от масла шляпками пошли на сытный обед, да ещё и на ужин осталось. Кроме того, найденная во время рыбалки золотая монетка была не слишком аккуратно, но зато вполне надёжно защита Инночкой в подкладку походной куртки.
Немного погодя путешественники напоролась на василиска, но опасного приключения на получилось. Незадолго до встречи с Инночкой и её рогатым скакуном глупый монстрик обратил самого себя в камень при взгляде на собственное отражение в воде. Получилась весьма оригинальная статуя, которую можно было достаточно выгодно продать утончённым ценителям из числа эльфов, но Рогалик упёрся рогом и отказался тащить эдакую тяжесть на своей спине. Инночка редко уступала в споре, поэтому была не в духе. С раздражением посматривала она по сторонам, но на ком сорвать размножение не находилось. Ни ругаться же с кустами, ни костерить же стволы по крайней мере, если речь об обычных деревьях, а не о всяких там древнях с гворнами. Поэтому, когда Рогалик направился в сторону старинного каменного моста, Инна сразу сердито воскликнула:
