— Нет конечно. Почтовые соколы — это птицы турима! Остальные пользуются более мелкими птахами. Сообщения короткие получаются, зато доставляются ими очень быстро, — объяснил Лобель.
«Хитро получается. Быстрый и хищный сокол только у короля в почтальонах. У остальных мелкая птица, которая может стать добычей соколу. К тому же малой птицей большое сообщение не переслать. Хотя важное можно сказать и одним словом!.. Хм, да ты становишься философом, Серый!»
Некоторое время мы ещё посидели, разговаривая о погоде, урожае, и о прочих житейских темах суеты простого аная, но пора, как говорится, и честь знать.
— Прошу прощения господа, однако меня ждут дела! — обратился я к окружающим. — Оставайтесь сколько будет угодно, мои люди к вашим услугам. Капитан, — кивнул я Беспалому. — Любезный Лобель, пройдёмте ко мне в комнату и обсудим дела.
Рукавой прихватил с собой кувшинчик винца, три кружки, и сопя в бороду протопал с управляющим за мной.
Плеснув по бокальчику старому вояке и Лобелю, мои поверенные в делах расположились кто где, выбирать особо не из чего было, мебели было как у спартанцев.
«Надо будет и этим заняться.»
Пить я благоразумно больше не стал, так как даже разбавленное винцо начинало уже легонько шуметь в голове. Оно и понятно, не дорос я ещё до авторитетных мужей, которым чтобы захмелеть нормально надо по ведру всадить. Но дело в том, что пить разбавленное вино тут начинали очень рано. Своего рода знак традиции и этикета у местных аристократов. Если не пить на приёмах, гость может заподозрить неладное: чего это он не пьёт? Отравлено значит, вестимо же!
«Эх, был у меня дружище в том мире… Уж на что ценитель спиртных напитков!.. Эх! Ммда, был!»
Так что от предложенного капитаном кубка, я деликатно отказался. Беспалый пожал плечами, и не долго думая вылил мою порцию себе в чарку и мы расселись кто где по комнате.
— Ближе к концу осени получим обоз и десяток вояк. Потом вроде как крестьян на поселение обещали направить — это уже по поздней весне, на посевную. И на этом всё. Дальше мы сами по себе.
Лобель, судя по его лицу, уже прикидывал в уме чего там будет в обозе и чем занять людей по прибытию. Нойхэ же в свойственной ему манере развёл руками принимая всё как есть.
— Теперь о насущном. Нам нужно доставить сюда камень и как можно быстрее, до дождей. Стену надо справить до снегов.
Капитан кивнул:
— Дней тридцать — сорок, не больше. И потом в карьер не пролезешь, всё размоет.
Я призадумался, времени то совсем немного! Но полагаю, что хотя бы на латание дыр поспеем подвезти материал. Только хотелось бы ещё и Большой Дом с Залом окружить каменной стеной, а не плетнем! Мда…
Вернувшись в реальность, попросил ввести меня в общий курс дела местного хозяйства и мы углубились в производственные цепочки, обсуждая что, где и как.
А ситуация была следующая…
Так как периоды сезонов тут длились по 144 дня каждый, то это вам не на Земле дождик переждать. Первый месяц осени уже начался, и у людей есть семьдесят дней что бы завершить дела и подготовиться к холодным, проливным дождям, после которых придут в течении пары недель морозы и скуют всю эту кесю-месю льдом. И тогда, до снегов, движение по дорогам фактически сведётся к нулю. Только потом, по толстому насту, двинутся в путь санные караваны, торя первые пути. По зиме каменоломни останавливали. Большинство крупного камня добывалось на поверхности как я понял, ну и ещё в неглубоких штольнях, если фракцией помельче. Однако работало там людей мало, а если ещё и в холода… Больше мороки в общем. Но на ремонт стены камень обязательно нужно завезти, во что бы то ни стало. Снега, как по рассказам, в зиму насыпает не мало, и так довольно часто. Хотя признаются что бывают и весьма тёплые зимы, когда белого и скрипучего спутника зимы всего лишь по колено весь сезон.
Так вот. Если ты не успел ко всему этому подготовиться, то у тебя проблемы!
— Нужно собрать доли овощей и зерновых из деревень и свезти их в Хайтенфорт, — я поёжился смотря в серое небо через маленькое окно. В комнате топился камин, но я казалось никогда не привыкну к такой погоде: ещё не дождь, но сырость и серость проникали под одежду при малейшей возможности и навевали апатичное настроение.
Однако моих подопечных это походу не волновало, они люди привычные. Только Лобель чуть развернулся на стуле к огню.
— Тоже касается и мяса, — добавил я.
— Раньше ваш отец предпочитал сам объезжать деревни и собирать зимовные подати. — произнёс Лобель. — Говорил, что так люди видят, что анаю на них не насрать, уж простите за выражение. Хотя другие полагали, что ему просто не сиделось в Хайтенфорте
«Нет! Никаких лошадей в ближайшее время!… На следующий год запланирую турне. В карете и с подушками. Да, если жив я буду.»
— В виду того что мне нужно вникнуть в суть дел, у меня нет времени на объезд. — я повернулся к ним. — Сколько сейчас составляет доля налога? Сколько мы можем забрать?
Лобель немного помялся и ответил:
— Перед зимой принято забирать треть, мой анай. Многие конечно ворчат, но нам пригодились бы…
Я присвистнул в уме. А нехилые аппетиты тут!
