Это может случиться с любым из нас…
Дверь кафе беззвучно закрылась, оставив весеннюю сырость за спиной. Вкусно пахнуло ароматом свежемолотого кофе и домашнего уюта. Анна, заказав двойной эспрессо, прошла к свободному столику у окна и почти без сил опустилась на стул. Ноги противно тряслись, сердце выплясывало румбу. Ну, чего она испугалась? Подумаешь, ходит за ней парень, ну и что? Простое совпадение, мало ли в жизни совпадений… Она осторожно отодвинула полупрозрачную штору и выглянула на улицу через запотевшее стекло. Сгущались сумерки. На другой стороне улицы возле припаркованных у бордюра машин стоял, засунув руки в карманы, тот самый парень, чьё настойчивое преследование вывело Анну из такого привычного состояния спокойной умиротворенности.
Утром, выскочив из дома, она зацепилась взглядом за сочное оранжевое пятно, усмехнулась про себя, заметив, что для ранней весны расцветка ярковата, но — "чужие вкусы не обсуждаются", одернула собственное выдавшее виды серенькое пальтишко и, не обращая внимания на мешанину из талого снега и воды под ногами, побежала к подъехавшей маршрутке.
Добросовестно отсидев в конторе полдня, Анна решила выйти прогуляться и заодно купить что-нибудь вкусненькое, чтобы скрасить бесконечно тянущееся послеобеденное время. Разглядывая шоколадки в витрине ларька, женщина почувствовала неясное беспокойство, резко обернулась — вплотную к ней стоял парень. Анне захотелось прикрыть глаза рукой, настолько пронзительным был апельсиновый колер его куртки.
— Ань, ты? — знакомый голос отвлек внимание женщины от парня. Она близоруко прищурилась:
— Светка, сто лет тебя не видела! — и кинулась обниматься с бывшей одноклассницей. Тут уж не до парня, заболтались так, что едва на работу не опоздала.
Только вечером, когда обладатель куртки столь экстравагантного цвета, не таясь, пошел следом за ней, не отставая, Анна начала нервничать. Пару раз она порывалась подойти спросить, что ему от неё надо, но не рискнула, так же как и ехать домой с привязавшимся к ней "хвостом". Анна отправилась блуждать по городу, рассчитывая ускользнуть от преследователя, — внезапно ныряла в магазинчики, попадающиеся на пути, бесцельно побродив у пестрых витрин, выходила на улицу и опять видела поблизости оранжевое пятно, останавливалась у киосков "Роспечати", надеясь, что парень пройдет мимо, но напрасно, тот всё не отставал. А сейчас — она снова выглянула в окно — терпеливо ждал её.
— Ладно, погрелась и хватит, — зло пробормотала Анна и ринулась на улицу. Сейчас она ему устроит! Бармен меланхолично посмотрел вслед растрепанной миниатюрной брюнетке, промчавшейся мимо него. Забыла что-нибудь?
Женщина тем временем перебежала дорогу, остановилась в метре от неподвижно стоящего парня. Господи, да он же совсем мальчишка, лет восемнадцать, не больше. Светлые волосы взъерошены ветром, на лице выражение тоскливого ожидания. Она сделала шаг к нему и застыла оцепенело, глядя в его неподвижные светлые глаза. Что-то в этом парне было не так, а вот что именно…
Анна от природы обладала редкостной способностью к эмпатии. В молодости, пытаясь понять природу своей сверхчувствительности, она металась от одного "гуру" к другому. Потом-то, став старше, слегка поостыла и решила довольствоваться тем, что имеет. Достаточно и того, что досталось при раздаче… Она могла улавливать эмоциональный настрой другого человека, видеть нечеткие отражения чужих аур, а иногда даже угадывать мысли, но такое случалось очень редко и только с близкими людьми. Жаль, что этот необыкновенный дар принес Анне одни только неприятности, обрекая на принудительное одиночество. Каково нескончаемо переживать импульсивные всплески чувств чужих людей, не говоря уже о близких? А сейчас…
…она не чувствовала ничего, словно перед ней стоял манекен, обряженный в оранжевую куртку, словно сгусток раскрашенного тумана, невзначай принявший форму человеческого тела, словно…
Анна прижала пальцы к вискам, пытаясь погасить наплывающую болевую волну. В ушах зазвенел истошный женский крик, скрежет тормозов, жалобный взвизг шин, скользящих по асфальту. Пронзительные звуки сменились тишиной, в которую тревожным набатом прорывалось биение сердца. Женщина застонала — боль стала нестерпимой — и прикрыла глаза. Мгновенное ощущение полета в осязаемой всем телом темноте, крохотная искорка света впереди, разгорающаяся ослепительным сиянием и стремительное падение в сверкающий круговорот, неумолимо затягивающий в пугающее ничто.
Что это? Анна глубоко вздохнула, отгоняя видение, и озадаченно уставилась на своего визави. Тот, не говоря ни слова, развернулся и зашагал прочь.
— Стой, — срывающимся голосом прохрипела ему вслед женщина, — что ты хотел? — бежать за ним не было сил.
Парень удалялся, словно не слыша её.
Бармен поднял голову, удивленно глядя на брюнетку, пару минут назад выскочившую из кафе. Она тяжело оперлась о стойку бара, едва не падая от изнеможения:
— Мне плохо, вызовите "Скорую", нет, лучше такси…
