— Чёртов Сергей… — прошипел БМ, упёршись со всей силы кулаком в свой стол. — Елизавета, дорогая… как вы допустили общение на тему своих проектов, а прошу заметить, они секретные? Это могло в будущем дать нашей корпорации такую прибыль, что нам бы хватило двадцать поколений жить безбедно. Нам, понимаете?! Нам, а не нашим детям! Мы могли выращивать себе новые тела, перемещать в них свои сознания! А теперь о нашем проекте знают все! Начнётся гонка технологий! А из-за финансовых провалов, которые спровоцировала утечка информации, мы можем сильно отстать. Я уверен, что не мы одни такие умные, кто пытается заниматься выращиванием новых тел, у кого-то может это даже лучше получается… вот только у нас одних получилось полноценно перенести сознание пять раз! Вы понимаете?! Пять раз у нас без проблем получилось перенести сознание реальных людей в чёртову игру! Кстати, Михаил… вы же говорили, что с телами разобрались, что от них даже пепла уже не осталось… а в итоге на свежих файлах видно, что тела всё ещё находятся в морозильных камерах… может, объясните, почему ваши люди так облапошились? Так. Стоп. Давайте сначала Елизавета ответит на первый мой вопрос.
— Говорила, уважаемый БМ, я возле вашего кабинета, в том месте, где вы сами уверяли, что нет камер, — с нескрываемым раздражением высказалась женщина, отвечая таким же злым взглядом своему «временному» начальнику, так как он оторвал её от важной работы, сорвал её с места проведения исследования. — Но, как оказалось, ваши слова оказались лживы! Или вы смеете отрицать этот факт?
— Говорите дальше, — с раздражением в голосе сказал БМ, вспоминая, как он всех заверял, что его большой отдел самый безопасный в плане конфиденциальности.
— Значит, вы это не отрицаете, — кивнула женщина. — Значит, вы не самое значимое лицо в этих стенах, раз кто-то обыграл вас. Но это не так важно… всё равно этой корпорации конец. Кстати, вот моё заявление об увольнении, — положила Елизавета перед ним листок бумаги, а потом ещё небольшую пачку. — А вот это заявления от всех моих сотрудников. Мы не хотели играть в ваши грязные игры, что вы с Сергеем Сергеевичем начали. А по поводу тел, это я Михаила попросила оставить их, чтобы разобраться, что именно их убило во время переноса сознания. Я не могу заверить безопасность этого метода переноса сознания, так как есть вероятность, что организм умрёт быстрее, чем сознание полностью перенесётся… а это чревато его повреждением. Как с Иным. Память его полностью не перенеслась, мы этот процесс не смогли наладить, а его тело просто перестало отвечать на запросы после инцидента с той четвёркой. Но он вроде начал приходить в себя…
— Ближе к делу, — слегка повысил голос Бровитоль. — Не надо мне тут ваших напрасных размышлений. Удалось выяснить, почему они погибли?
— Нет, — с лукавой и несколько злорадной улыбкой сказала ученая дама. — Да и если бы я выяснила, то вам бы уже ничего не сказала. В соответствии с пунктом три точка два моего договора с вашей корпорацией, после написания мной заявления на увольнение, как и всеми нашими сотрудниками, мы имеем полное право не сообщать результаты проведённых нами исследований, как и заниматься ими.
— Вы же понимаете, что я могу просто не подписать это, — ответил женщине той же улыбкой БМ, смотря точно ей в глаза. — И что вы тогда будете делать? Просто существовать? Я могу вам не платить деньги, а по договору, если вы не будете работать, вы вообще можете попасть в тюрьму.
— Вот только у вас не получится переиграть меня в этой игре, — еле сдержала смех женщина. — Копии заявлений и наших договоров уже лежат в организации по защите прав трудящихся, полиции… ну и на всякий случай у моего знакомого юриста, который уже приступил к созданию против вас иска по нескольким статьям уголовного кодекса нескольких стран… в общем, вам проще подписать, и никаких проблем не будет.
— Вон… — прошипел БМ.
— Что простите? — уточнил Михаил, который до этого момента стоял и молчал.
— Все ВОН! — сначала тихо, а потом буквально взорвавшись в крике, заорал Бровитоль. — Дмитрий, останьтесь. У меня есть к вам небольшой разговор.
Когда трое покинуло кабинет БМа, его хозяин устало упал в своё кресло и закрыл лицо своими ладонями, медленно проводя ими вниз, натягивая и так уже сильно морщинистую кожу. За последние несколько недель, которые для временно исполняющего обязанности директора корпорации стали самими жестокими, его внешность претерпела радикальные изменения. Огромные мешки под глазами, на макушке появилась мелкая проплешина, виски полностью покрылись сединой. Подняв свой взгляд на своего подчиненного, которому БМ доверял также, как и себе, он задал один единственный вопрос.
— Можешь разобраться, что ещё произошло после смерти того старика? — жалобным голосом попросил он Дмитрия, на что тот кивнул и направился к выходу из кабинета.
