– Да плевать мне на полотенце, у меня проколы везде, где только можно, татуировки тоже, ты думаешь, я постеснялась тебя? Как бы не так. Просто люблю, когда соблюдаются рамки. А вот в твоём холодильнике, думается мне, мышь повесилась, кажется, у вас так говорят.
– Ладно, проходи, располагайся. Я всё равно пока ещё сам не определился, что здесь к чему.
Она быстрым шагом пошла на кухню, на остров, в который была вмонтирована плита, водрузила корзинку, из которой бодро нарисовались два куска говядины, какие-то овощи, картофель и бутылка красного вина. В шкафчике она взяла фужеры и поставила их на стол. Я же сидел, открыв рот.
– Проект мой. Расстановка, подбор мебели, вплоть до салфеток, все моё. Я этот дом знаю лучше тебя, по крайней мере, пока, – сказала она невзначай, увидев мою реакцию.
– Неплохо, совсем неплохо. Слушай, так что здесь было, пока я отдыхал?
– Сначала тебя искали, потом искали тело…
– Так, это я знаю. Я про интересные вещи…
– Хм. Фейт углубилась в работу, там большой прогресс есть в деле производства, она не говорила чего, знаешь мы с ней не большие подруги, скорее друзья поневоле. Как-то так. Марта сначала мне, было, намеревалась волосы выдрать, но потом успокоилась, но появляться перестала.
– Ага, то пробуждение у Когхура я надолго запомню, – я улыбнулся.
– Она, я уверена тоже. Зря ты её тогда выгнал.
– Слушай, я не большой умелец говорить разные красивые слова, но твое спокойствие было более почтительным, чем её крики на того, без кого я бы остался в том сугробе. Если она это не поняла, значит сама идиотка, а значит, я раньше это не заметил, что влечет за собой конец нашего с ней романа. Хотя я уверен он сам собой уже загнулся естественным путём. Что тоже к лучшему, – я залпом выпил бокал вина.
В клубе Левису я скорее солгал, чем сказал правду, конечно же одна из горничных побывала в моей постели, но это было, скорее, по-доброй воле. Было подобие корпоративного сбора, мы выпили.... Так, сейчас не об этом. Меня воспитывали в традиционных понятиях морали, правда, в юности неудачные увлечения не теми девушками мне изрядно потрепали нервы, и я пересмотрел жизненные устои. Про Марту за время отсутствия я даже не вспоминал, что говорит о том, что не очень-то и хотелось. К ней вышло просто ничего, большое такое ничего. Да и ситуация с Машей, на которую, по сути, тоже всё равно. А количество доступных блудниц за последний месяц уж только упрочили отношение к этой парочке.
– А как ты? После всех событий? – спросил я Бланш.
– Работаю архитектором, причём, добилась успеха, не самые бедные люди, увидев твой и мой дома, отдают мне суммы денег, чтобы я делала им не хуже. Также, езжу на боевые периодически. Санитарок не так уж много, а кто не боится – и того меньше.
– Да, как санитар ты состоялась. Паренёк, насколько мне известно, живой.
– Слушай, я.… мне жаль, что так вышло, – она осунулась.
– Хей, я живой здоровый, в прекрасной форме, всё это время либо отдыхал у медведя, либо находился в клубе среди шлюх и танцовщиц. У меня всё путём. Произошло, как произошло. Обидно, может быть, местами, но не более того.
– О'кей. Но извиниться всё равно стоило.
– Лучше поздно, чем никогда. Ты не находишь? Что там с едой? Я готов сожрать слона, и кот тоже, про него не забудь.
– Не забуду, – она отрезала половину от одного из кусков и положила в миску, – держи, хвостатый.
Дизель буркнул и встав с дивана направился к миске.
– Ну, он будет доволен. Теперь, – сказал я, проводив его взглядом.
– А ты?
– Посмотрим.
Она разложила всё по тарелкам, я не особо привередлив к посуде, но в то же время оценил её попытку сделать "Мужской интерьер от и до". Тарелки с полосками по кайме, красивые, но мужик себе такие не купит. Это как розовое бельё. Ну, я говорю о себе, разумеется. Тем не менее. Ужин выдался бомбическим, конечно, повара в "Железняке" меня избаловали, но простая домашняя еда с французским подтекстом перечеркнули их старания.
– Слушай, я хочу залипнуть в криминальное чтиво, ты как? – предложил я Бланш.
– Почему нет. Я тысячу лет не смотрела его. Вроде бы я прихватила все накопители из прошлого твоего дома. Так что – давай.
– Значит, он должен там быть. Посуду сам уберу, – сказал я, и, сорвавшись со стула в кухне, прыгнул на диван, перемахнув через его небольшую спинку.
Бланш последовала за мной в такой же манере. Я включил кино, и мы начали смотреть. На моменте, когда Винсент и Мия Уоллес танцуют в клубе, Бланш встала и позвала меня за диван.
– Ты серьёзно? – я весьма скептически относился к танцам.
– А почему нет, давай.
Мы повторили движения как в кино, и в какой-то момент мы с ней оказались на расстоянии пары сантиметров.
– Привет, – сказала она.
– Слушай, время позднее. Ты живешь далеко, я с дороги. Спать хочу, падаю, – отозвался я.
– Раз живу далеко, может мне и не стоит никуда ехать?
– Тебе, похоже, в голову вино дало. Ты располагайся, где хочешь, а я спать.
