Андрюха кивнул. Интересно получается, если послушать берсерка. Ему бы в психиатрической больнице работать. Цены бы не было. В очередной раз удивляюсь способностям разумных медведей. Эх, нам бы такие.
Стенли поднял голову и посмотрел на берсерка. С ужасом посмотрел и поспешно спрятал взгляд. Понимать русский язык он не способен. Возможно, уловил интонацию. Или просто совпадение.
Андрюха несильно толкнул меня локтем в бок и прошептал:
— Переусердствовал ты, Никита. Человека дураком сделал.
— Выбора у меня не было, — ответил я. — Хотел языка взять. Лучше бы пристрелил. Сейчас эту обузу убивать жалко. Негодяем он был раньше. Теперь просто дурак…
Угрх помешал варево длинной деревянной ложкой и полез в своё рюкзак. Вытащив из него свёрток, положил его рядом с костром и развернул. Внутри лежат металлические приборы, сильно похожие на хирургические.
Рана на груди медведя-отшельника успела покрыться коростой, но пока не заживает. Интересно, регенерация у него как у берсерков или значительно ниже? Свёртываемости крови можно только позавидовать. Схватив когтями ножичек, напоминающий скальпель, Угрх двумя движениями располосовал рану заново. На пол пещеры упали две коросты вместе с тонким слоем мяса и шерсти.
— Лечением занимаешься, Вождь? — спросил Орх. — Рана пустяковая. Таким внимания уделять не стоит.
— Я давно не Вождь, — ответил Угрх. — Я отшельник. Рана доставляет мне боль. Зашитая заживёт быстрее.
Орх ничего не сказал. Только вздохнул и закрыл повреждённые глаза.
Угрх взял в когти металлический крючок и привязал к ушку на его конце нитку. Одной лапой сжав рану, начал шить.
— Нитки где берёшь, Угрх? — спросил Андрюха.
— У таких как вы взял, — ответил отшельник. — Ваше, человеческое, очень удобно. Особенно нитки.
— Человеческое удобно потому что своего не осталось, да Угрх? — Орх снова тяжело вздохнул. — Цивилизация, некогда могучая, давно в прошлом. Мы её отголоски, да, Вождь?
Я с восторгом наблюдал за работой медведя. Слишком большие лапы и длинные когти с неестественной ловкость и лёгкостью справляются с задачей, которую необученный человек вряд ли способен выполнить. Очередной раз убеждаюсь, что медведи совершеннее нас. Размер дискомфорта им точно не доставляет.
Орх что-то сказал про цивилизацию. Интересно! Я решил спросить:
— Ваша раса была великой?
Угрх слишком резко посмотрел на меня, но промолчал. Орх, открыв повреждённые глаза, ответил:
— Давно это было. Я тогда был молод и силён… Да, наша раса была могучей. Мир, который вы видите теперь, не всегда был таким.
— Запрет! — резко и со злостью прорычал Угрх. Он не сказал. Он напомнил. И Орх тут же ответил:
— И что, Вождь? Запрет, о котором ты говоришь, придумали при мне. И я был одним из сторонников того запрета. Ты видишь в моих словах нарушения, Вождь?
Угрх зарычал.
— И что? — удивился Орх. — Люди всё равно когда-нибудь узнают о нашем прошлом. Мы пытаемся спрятать свои ошибки. Пытаемся спрятать прошлое. Есть ли в этом смысл? Того, что было, уже не повторится. Будут новые ошибки. И они уже есть. Не вижу смысла боятся старых…
Медведи замолчали и больше не говорили. Угрх готовил похлёбку больше часа, а затем сказал, что она готова и начал разливать её по тарелкам. В закромах берсерка нашлось много посуды. Мне досталась глубокая тарелка с похлёбкой и плоская с увесистым куском мяса. Съесть всё будет сложно.
Удивительно было наблюдать за тем, как ест берсерк. Отсутствие зрения ему, кажется, совсем не мешает. Он с поразительной точностью знает местонахождение предметов. Слепой берсерк с лёгкостью превосходит зрячего человека. Или его глаза не так слепы, как кажутся?
— Орх, ты слеп совсем или что-нибудь видишь? — спросил я.
— Ждал этого вопроса, — ответил Берсерк. — Да, я полностью слепой. Глаза потеряны в бою. Давно потеряны. Они восстановились, но видеть не способны. Я приспособился жить без них. За сотни лет можно и не такому научится. Быть слепым не так плохо, как кажется. Некоторых вещей лучше не видеть. Ещё будут вопросы?
Вопросов у меня было много, но задать их не дал Угрх. Зарычав, он сказал:
— Через семь часов мы продолжим поход. Вам нужно выспаться. Ешьте и ложитесь. Добавки не предлагаю…
Топчан мне достался не слишком мягкий. Орх принёс шкуры и раздал их нам. Почти люксовые условия получились.
Я погрузился в размышления. Раса медведей скрывает многое, но понемногу это многое нам открывается. Наверняка есть люди, живущие в этом мире, которым известно о медведях большее. Если медведи сотрудничают с нами, то они сотрудничают и с другими людьми. Стоит поискать таких людей и узнать у них о медведях. А ещё стоит вернутся в это место и поговорить с берсерком. Вернутся одному. Угрх в данном случае только мешает.
Думая и строя догадки, я не заметил, что сон подкрался слишком быстро. Явь сменилась образами. Снились кошмары…
Мощное рычание разбудило меня. Костёр всё так же горит. Главное, что я понял — спал от силы пары часов. Усталость тому свидетель.
