Тень заслонила и меня, и Угрха. Исполин Рагхар пришёл бесшумно и тихо прорычал:
— Угрх, у тебя мало времени, но ты так ничего и не рассказал. Говори, этот несчастный вправе знать правду.
— Я не успею рассказать, Рагхар. Ты знаешь, что не успею. Помоги мне в последний раз, убей меня. Взамен я отдам тебе всю свою память.
Ничего не понимая, я посмотрел на берсерка. Прошли долгие пять секунд, и он, кивнув, сказал:
— Я согласен, это равный обмен. Открой своё сознание, заберу твою память безболезненно.
— Уже открыл, забирай, — облегченно выдохнув, сказал Угрх. — Спасибо тебе, Рагхар, ты сделал правильный выбор…
Взгляд берсерка затуманился, но лишь на мгновение, чтобы затем стать прежним и наполниться яростью. Глядя на Угрха с презрением, он взревел:
— Вы обманули меня!
Умирающий спокойно напомнил:
— Ты обещал, Рагхар, поэтому не тяни с обещанным. Что делать с полученными знаниями, решать тебе. Убей меня, скорее. Ты знаешь мою боль, я не хотел, чтобы так вышло, поэтому прошу — убей.
— Я убью Росса! — Рагхар обнажил свою гигантскую саблю и зачем-то начал размахивать ею. — Убью его, а затем всех, кто причастен к этому!
Угрх, с трудом качнув головой, прохрипел:
— Ты в своём праве. Я лишь предупрежу тебя — Росс опаснее, чем думаешь. Даже тебе, лучшему из лучших, не справиться с ним. Предупреждение — уже оружие…
Ленивое движение, и сабля погрузилась в грудь Угрха. Вошла чуть левее, в то место, где находится сердце, совсем рядом с оставленной стрелой раной. Стрелок промахнулся совсем немного, повредив вместо самого важного органа лёгкие и позвоночник. Рагхар не промахнулся, убил наверняка.
Я устал — это всё, что могу себе сказать. Думал, совсем недавно думал, что всё исправлю, что смогу победить зло. А теперь думаю, а было ли оно? То, что считал злом, с чем боролся, существует ли вообще? Не могу ответить, путаюсь в мыслях, не понимаю происходящего и всего, что было до. Одно лишь знаю — шанс всё изменить упустил, второго такого не будет.
— У тебя не было и первого. — Берсерк сел рядом со мной и принялся чистить саблю пучком травы.
— Что? — я услышал, что сказал Рагхар, но всё равно переспросил.
— Прочитал твои мысли. Ты считаешь, что у тебя был шанс всё изменить. Это не так. Никита, тебя использовали, ты был лишь инструментом в руках своего деда, Михаила Росса. Получив воспоминания Угрха, я вижу, что проделанный тобой путь удивителен и полон удачи. Не бывает так, удача не может быть вечной, дед множество раз помогал тебе. Нас всех обманули, и сделал это известный тебе человек. Невозможное случилось…
— Угрх всё знал? — я посмотрел на мертвеца и мысленно начал проклинать его. Предатель, другого определения его поступкам попросту нет.
— Он не предатель. — Рагхар устало качнул головой. — Не обижай его, нет на плечах Угрха вины перед тобой, потому что он ничего не знал и даже не догадывался. Осознание того, что было сотворено при его помощи, пришло к нему слишком поздно. Осознав всё, Угрх выбрал смерть. Его сгубили наивность и жажда мести.
— Не понимаю… — Посмотрев на Рагхара, я не нашёл в его глазах ответов. Попросил дать их: — Расскажи мне всё. Уверен, ты знаешь многое.
Кивнув на саблю, Рагхар сказал:
— Этим оружием я убил многих. Сегодня особенно…
Человек материализовался прямо из воздуха, и Рагхар тут же превратился в смертоносный вихрь. Удар саблей должен был разделить человека надвое, но оружие не нашло цели, остановилось в считанных сантиметрах, словно наткнулось на невидимую, но при этом непробиваемую преграду. Трудно не заметить безумного напряжения берсерка. Впервые в его глазах читается то, чему там прежде не было места, — страх. Рагхар, возможно, впервые в жизни, испугался.
То, к чему так долго шёл, наконец случилось, я встретился со своим дедом. Михаил Росс пришёл, если можно так сказать о его эффектном появлении. Странно, но я ничуть не удивлён. Даже тот факт, что выглядит дед не старше меня, воспринимается не как нечто фантастическое, а как что-то обыденное, не заслуживающее внимания.
— Прекрати сопротивляться, Рагхар. — Власти в голосе Росса столько, что на троих властелинов мира хватит. Впрочем, с последней нашей встречи, которая была в воспоминании и в которой я был наблюдателем, голос не изменился. Изменения коснулись лишь внешности, дед помолодел. Одежда, что немного удивляет, неизменна, всё та же потрёпанная афганка. Он что, её вообще не снимает?
Рагхар совету не внял и ударил вновь. Всё повторилось, сабля завязла в невидимой преграде. Берсерк сделал несколько шагов назад и приготовился к новой атаке. Росс небрежно махнул рукой, и по бронированному медведю будто ковшом огромного экскаватора врезали, он улетел метров на пятнадцать и, приземлившись, продолжил кубарем катится по земле.
— Даже не поздороваешься с дедушкой?
Покачав головой, я ответил:
— С дедом бы поздоровался, но ты не он, ты монстр, а я с монстрами не здороваюсь.
— Привык убивать их, верно? — с осуждением спросил Росс.
Я кивнул:
