Ценой больших потерь Никита Ермаков победил Михаила Росса. Всё вернулось на изначальный путь и теперь можно выдохнуть – Основа уходит на покой, таков был уговор, никакого контроля извне больше не будет, человечество впервые в истории предоставлено само себе. Но, как оказывается в ближайшем будущем – Ермаков сильно ошибся. Наивно было полагать, что его станут слушать. И за эту наивность неминуемо приходится расплачиваться. Новый враг, более подготовленный и не знающий пощады выходит из тени.В мифах их называли титанами, но они оказались далеко не сказочными персонажами, а самой настоящей реальностью. Далёкие предки нынешних людей, они не остановятся ни перед чем, пока не достигнут главной цели, пока что известной лишь им одним…
Полторы тонны весом, более трёх метров в длину и не менее двух высотой – такими данными мог похвастаться бык. Самый большой в стаде из тридцати с лишним взрослых особей. Вожак! Тот, кто защищает…
Не знающий страха бычара издал хриплое мычание, когда почувствовал запах приближающихся чужаков. Всего их было четверо, но двое не стоили и малейшего внимания. Третий – условно опасный. Четвёртым было неизвестное существо, ветер приносил лишь странные феромоны, будто это родич, а не опасный хищник.
Вожак замычал вновь и стадо послушно собралось, согнав всех телят в центр, а затем начало уходить в сторону леса. Бык, фыркая, остался стоять в гордом одиночестве – ждёт незваных гостей, которые вот-вот появятся. Свою территорию он готов отстаивать до конца, и даже смерть не заставит его убежать…
Меткий бросок был сделан более часа назад. В качестве снаряда использовался камень. С виду обычный, если не обращать внимание на массу, которая ушла далеко за центнер. Тот, кто бросал, и не такие тяжести швырять умеет. Маленькое уточнение, камушек был вырван из земли и при этом торчал из неё всего на треть.
Булыжник, ничто иное, а самая обычная галька размером с флягу, пролетел метров сорок и попал точно в цель – в голову рогатому парнокопытному, которое хотело прогнать чужаков. Быку не повезло, он погиб на месте, так ничего и осознав. Стоит сказать, что это было вынужденное убийство, потому что в дикой природе иначе нельзя, тут нет фабрик, магазинов и прочего. Здесь работает один из нерушимых законов природы, зовущийся пищевой цепью. Растения создают органические вещества из неорганических, а затем их поедают травоядные. А уже последних едим мы, хищники. Хотя, правильнее называть нас всеядными. И, порой, даже травоядными, ведь и такие встречаются, вегетарианцами зовутся.
Зверя, очень сильно похожего на земного бизона, но имеющего рога, которым бы позавидовал любой олень или лось, убил берсерк по имени Рагхар. Именно его бык расценил как условно опасного. Урлоока, жуткий транспорт мишки-броненосца, вожак стада так и не распознал. Про людей можно не упоминать, их он совсем не боялся. А зря, люди тоже достаточно хорошие хищники. У них нет когтей и острых зубов. Но зато есть кое-что более опасное, зовущееся оружием…
Рого-бизона, так я его прозвал, разделывал Рагхар, потому что только он способен это сделать за очень маленький отрезок времени. Его жуткий спутник, ручной малыш-чудище Урлоок, помогал ему, быстро съедая всё, что не представляло для медведя и людей ценности. Мысленно поклонюсь берсерку, прошёл всего час, как мы повстречали агрессивное парнокопытное, а наш будущий ужин уже на огне. Я и Витя с куропаткой, которая своей смертью умерла, дольше бы возились. Избаловал нас Рагхарушка, все заботы на себя взял, уже и не представляем, как без него жить будем.
Громкий хруст костей заставил меня вздрогнуть. Витя, с отвращением взглянув на урлоока, который принялся поедать голову бизона, пробормотал:
– Вот тварь ненасытная, почти тонну умял, куда лезет в него только…
Зверь, помесь медведя-переростка и кошки-гиганта, мутант коих ещё поискать надо, прекратил лакомиться мозгом бизона, и посмотрел на Витю.
– Чего пялишься, крыса? – возмутился тот и, вскочив на ноги, замахал палкой. – Иди, жри в другом месте, аппетит нам не порти!
Зверь нехотя встал, взял голову бизона зубами и вальяжно отошёл от нашего полевого лагеря метров на тридцать. Повалившись в траву, он спокойно продолжил трапезу. Звук треска костей, ломаемых сильной пастью, снизился совсем незначительно.
– Когда-нибудь он тебя сожрёт, Витя, – усмехнулся я. – И даже Рагхар не сможет этому помешать.
– Смогу, но не стану его останавливать. – Берсерк крутнул вертел с насаженными на него кусками мяса. Принюхавшись, проворчал что-то непонятное и засунул руку в свою огромную кожаную сумку, которую обычно таскает урлоок. Вытащив кругляш коричневого цвета размером с бильярдный шар, мишка быстро превратил его лапой в пыль и посыпал ею всё мясо. Сильны пряный аромат, что-то вроде запаха кинзы, только усиленного раз в пять, ударил по ноздрям.
– Ненавижу кинзу! – Витя схватил небольшую палку и бросил её в берсерка. Усмехнувшись от попадания в голову, выкрикнул: – Когда ты уже научишься интересоваться мнением большинства? Сперва спрашивай, а только после этого сыпь свои чёртовы приправы в общий ужин!
– Ты – большинство? – Рагхар решительно поднялся и направился к Вите…
Стадо бизонов паслось на небольшом уютном поле, которое со всех сторон было прикрыто лесом и холмами. Проблем с водой у него не было, потому что почти в центре имелось небольшое болотце, которое подпитывалось хлипким ручейком, берущим начало на вершине одного из холмов. Места для пастбища и, соответственно, для привала, было лучше не придумать, поэтому мы не стали его покидать.
