— Как подсунешь? Втихомолку не удастся, народ толпится, будто невидаль какая…
— Ay тебя с собой есть камень? Можно ведь одного и в сторонку отозвать, и из-под полы показать… Будто впервой! Ох, Кондратий, ведь это какие денежки можно зашибить!
Оглянувшись украдкой, директор ювелирного магазина подобрал валявшийся неподалеку обломок булыжника и сунул его в руку шурина.
— Вот, возьми для начала.
— Я? — испугался шурин. — А почему ты сам не…
— Соображай! Если я сам подойду к космиту, народ сразу скумекает — туг дело нечисто. И уж спокойно с ним не пообщаешься. Ну да ладно, пошли вместе. Вот у меня на всякий случай прихвачен и бриллиантик. Русский, небольшой, но все же… Если на булыжник не клюнут.
И оба быстрым шагом направились в сторону рыночной площади. Сунув камень в карман, шурин зажал во вспотевшем кулаке русский бриллиантик…
В продовольственном магазине царила невообразимая паника. Толпа озверевших баб штурмовала; прилавки. Вскоре полки, уставленные продуктами, опустели и продавщице пришлось отпускать товар непосредственно со склада в подсобке.
— Не развязывайте, проще пани, не килограмм возьму, а весь мешок! — перекрикивая шум, попросила продавщицу покупательница. Негромко постаралась попросить, но ее, к сожалению, услышали.
Тут же посыпались реплики:
— Еще чего, целый мешок сахару одной!
— Ишь какая выискалась, весь сахар разберет!
— Пани Кристина, больше пяти кило в одни руки не отпускайте! А то нам не хватит!
— А ты куда лезешь? Пани тут не стояла!
— Женщины, опомнитесь! С чего такая паника? Они же ничего не жрут, видели же, даже яблока это свиное рыло не захотело!
— А тогда зачем сама в очереди стоишь?
— Теперь моя очередь! Дорогуша, мне пять кило сахару, пять кило муки, пять кило соли…
— Что вы сказали, даже яблок они не едят? Вот интересно, чем же питаются?
— Человечиной!
— Ну и шуточки у вас, проше пани!
— Что вы сказали, дорогуша? Каперсы? Давайте и каперсы. Да, все десять банок. А вон в тех банках что?
— Хватит, хватит, сколько можно одному человеку отпускать?
— Не давать ей все каперсы! Другим не хватит! По банке в руки!
Чем меньше продуктов оставалось в магазине, тем больше разгорались страсти. Набив доверху свои сумки случайным набором продуктов, взъерошенные и распаренные бабы выкатывались из магазина, даже не глянув в сторону рыночной площади и не обратив никакого внимания на трущегося около них мужчину с очень помятым букетом в газетной бумаге. Самого его не очень помяли, ибо продуктов он не закупал и за место в очереди не дрался…
Сатирик, охраняющий вместе с пилотом космический корабль, внимательно наблюдал за поведением толпы на площади. Он и заметил необычное явление: в одном месте толпа вроде бы стала еще гуще, все сгрудились около какого-то человека, показывающего пальцем на их космический корабль. Следуя за пальцем, люди поднимали головы и тоже напряженно вглядывались в какой-то заинтересовавший их фрагмент корабля. Данное обстоятельство весьма встревожило сатирика, и он зашлепал по булыжникам мостовой к пилоту, охранявшему космический корабль с другой стороны.
По привычке попытавшись наклониться к уху пилота и позабыв о шлемофоне, сатирик довольно сильно стукнулся о шлемофон пилота. Выругавшись, он вполголоса сообщил:
— Слушай, что-то они там увидели в нашем вертолете. Пальцами друг другу показывают и пялятся. Понятия не имею, что там такое. Пошли посмотрим.
Пилота тоже встревожил внезапный интерес общественности к их кораблю, и он пошлепал вслед за сатириком на ту сторону. И в самом деле, теперь уже многие в большом волнении всматривались в звездолет, точнее, в его верхнюю часть. Пилот встревожился еще больше.
— Оторвалось там что-то? — предположил он, и вдруг его осенило. — Понял, автоматический подъемник!
От ужаса оба замерли, не зная, что предпринять. А в народе уже стали рождаться домыслы и вымыслы.
— А пан думал, так они и оставят пустой свою тарелку? И наверняка там не одна штука осталась.
— А он не похож на этих…
— И как пан там его разглядел?
— Да не я, это Стась его в бинокль обнаружил.
— Какой Стась?
— Да вот этот, племяш мой. На крышу забрался и сверху разглядел.
— А ну, Стась, давай выкладывай, что ты там в свой бинокль разглядел! Только не привирай.
— На что мне привирать, тут и без привирания такое… Вижу, что-то там шевелится, ну я и навел бинокль.
— И что?
— Такого страшилища в жизни не видел!
— Как не видел, вон же стоят!
— Да эти по сравнению с тем красавцы.
— А тот какой же?
— Голова с котел, морда… морда — и не знаю с чем сравнить. Ни на что не похожа. Такое впечатление — одна головешка у него! На тонкой шее качается и во все стороны пялится. Да вон, глядите, и отсюда видно!
— Точно, качается! Господи, страх какой! И вроде отсвечивает…
— Не иначе эти, что вышли, приоделись, а тот в натуральном виде, — глубокомысленно рассуждал заведующий бензоколонкой.
— И пан думает, он задницу выставил? — еще глубокомысленнее подхватил механик-вулканизатор.
— Какую задницу? Ты что? Морда у него такая! У них всех морды такие! А тут, на площади, они в скафандрах.
