— Эрих… мы с ним были вместе… и после этого… такое ощущение, что его подменили каким-то злым братом-близнецом. Мне кажется… я не знаю…
— Что тебе кажется, Даш? — ощущение надвигающейся катастрофы усиливалось.
Даша заплакала.
— Он меня ненавидит, София. Я не знаю, за что, но Господи, как же он меня ненавидит!
— Он необычный мужчина, — осторожно ответила София. — Влиятелен, богат. У них свои тараканы. Тебе… тебе не стоило возвращаться.
— Но ведь вначале… Всё было так хорошо вначале. София, я не могла забыть этого… всего. Мне было так плохо дома. Муж меня принял, но всё разладилось, но я не могла забыть Эриха.
— Даша… — София схватила девушку за плечи. — У тебя же муж есть, который тебя любит. Подумай о нем! Если Нойман тебя выгнал, ты должна сохранить чувство собственного достоинства. Ты не можешь пытаться к нему вернуться! Так нельзя!
— Но… но Эрих… он же… лучше.
Последнее слово Даша очень тихо прошептала… так тихо, будто и от себя пыталась скрыть заветную правду.
— Дашенька, милая, нет! — София наклонилась к Даше, погладила её по рукам. — Нет, он не лучше, он… он деспотичен, он жесток, он…
— Ой, не сжимай так сильно — мне больно.
И тут она увидела то, что видела уже два раза на других девушках… Даша была больна. Так же больна, как те девушки из агентства, которых Нойман приглашал на второе свидание.
— Что за…
Женщина включила свет, а затем принялась внимательно рассматривать Дашу.
Её лицо приобрело землистый оттенок, на шее виднелись следы… не засосов — это были раны, не такие сильные, как на той же Кате, но легко узнаваемые.
— О, Боже, Даша…
Даша вырвалась из захвата Софии.
— Ничего страшного, это просто… я упала!
— На что? На нож? И сколько раз? Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо… София, хорошо я себя чувствую. Пожалуйста, София, не говори ему ничего, он же подумает, что я заболела, и не захочет быть о мной… пожалуйста, не уходи…
Но София уже не слышала криков Даши. Он должна была поговорить с Нойманом.
Не сомневаясь ни секунды, она бросилась к нему в кабинет.
•• •• ••
— Зачем ты с ней это сделал?!
София ворвалась в его кабинет, хлопнула позади дверь.
Эрих лежал на диване, и что-то рассматривал в телефоне. В одном ухе — наушник, который он сразу же отложил, как только увидел Софию.
— О чем речь?
Он встал с дивана, и облокотился о стоящий вблизи стол.
— Даша… она вся в ранах! Ты с ней делаешь то, что с теми, другими!
С минуту Нойман молчал, и София была готова поклясться, что он размышляет над тем, рассказать ей часть правды, или нет.
Видимо, он выбрал первое.
— У меня не было выбора. Пришлось её использовать.
Он рассматривал Софию. Ему не было стыдно, ему, безусловно, не было страшно. Казалось, ему было… любопытно.
— Эрих… — выдохнула София. — Так нельзя… Ты же так хотел когда-то, чтобы она была с тобой. Почему ты сейчас к ней так плохо относишься?
— Потому что у меня нет выбора! — разозлился Нойман. — Я был на пределе, а из доступных женщин была только ты, и она! Хотела, чтобы я тобой сделал то, что с ней? Она сама виновата! Она стояла у дома, на охранном посту, пыталась со мной поговорить! Она пришла не в то время и — чего уж! — не в то место!
Он подошел к Софии.
— Ты думаешь, мне это нравится?! Нет, но у меня чертовски ограничен выбор! Я должен делать то, что делаю, иначе сойду с ума! И поверь, я в неконтролируемом состоянии — это очень и очень плохая идея! Не для меня — для других!
Он наступал на нее, София отступала, пока не уперлась в стену. Эрих остановился на расстоянии вытянутой руки.
— Что ты с ней сделаешь? — прошептала София.
— Тебя волнует, что я сделаю с ней… или с тобой?
— У меня тоже появятся такие раны? Тоже попаду в больницу?
— Не попадешь, — ответила Эрих. — Я не хочу причинять тебе боль, София.
Нойман наконец-то делает шаг к женщине, тот самый шаг, который (они оба это знали) он бы сделал рано или поздно.
Эрих оказывается вблизи от нее. София замирает.
— Я не хочу причинять тебе боль, София, — он поцеловал её в шею, — но такова моя хищная природа. Если не ты, то кто-то другой должен пострадать.
София посмотрела ему в глаза, и спросила:
— Эрих… кто ты?
— Ты готова это узнать? — Еще один поцелуй в шею. — Понимаешь ведь, что после этого не отпущу.
— Ты и так не отпустишь. Кто ты?
Какое-то время он молчит. Затем склоняется к её шее.
— Хочешь прокатиться? — шепчет на ухо.
— Что? — не понимает женщина.
— Ты же хотела узнать, кто я. Я расскажу.
— Для этого обязательно куда-то ехать?
— Именно так. Собирайся… только кота своего не забудь покормить, он весь вечер шляется по дому без дела, тебя ищет.
•• •• ••
В машине было тепло, комфортно и страшно. Тепло и комфортно — потому то машина хорошая, и страшно, потому что за рулем сидел Нойман.
Тачка плавно катилась по ночной трассе. София сидела на пассажирском сидении, и волей-неволей кидала на немца опасливые взгляды.
— Ты часом не убить меня вздумал? — спросила она.
Немец лишь хмыкнул.
— Нет, этого я не вздумал.
— В таком случае, куда мы едем?
— Кататься по Киеву. Давно я, знаешь ли, по нему не катался.
София лишь кивнула, и дальнейший путь они проделали в полнейшем молчании.
